Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ)

— Понимаю, проходили! Ауди А8 уже ожидает у твоего подъезда! — сообщает с готовностью Григорий Павлович, и отключается.

— Однако, подсуетился начальник!

Открываю дверь квартиры, тут же вспоминаю о параде планет и о незваных гостях.

— Дорогие мои, — вхожу в гостиную, где Маша, Майя и мама накрывают на стол, — меня срочно вызвали на службу!

— Издеваешься? — Мария бросает в мою сторону гневный взгляд.

— Ни капли. Думаешь, погоны просто так дают? Нет, моя хорошая, это ты должность получила просто так, а мне пахать приходится, — добавляю в голос металл.

— Ну, знаешь, братец! — Маша хватает за руку сестру, тащит ее на выход из квартиры. По пути следования встречается с моей рукой и больно бьет по предплечью.

— Ма-ша, сдурела! У тебя силища, как у атлета, тебе не за хирургическим столом стоять, а самолеты сдвигать с места для книги Гиннеса, — рычу на нее.

— Я сама заслужила место заведующей хирургическим отделением, никто мне не помогал! То, что отец закупил для нашей больницы оборудование на кругленькую сумму и нашел спонсора для ремонта — всего лишь совпадение! Понял, мужлан?! Может, Полина тебя перевоспитает? А я умываю руки. Пока не извинишься, не подходи ко мне на расстояние в сто километров!

Девчонки исчезают в холле, а я тем временем переглядываюсь с родителями, поглощая как радиацию их укоризненные взгляды.

Сестры заглядывают в зал через пару минут, бросают виноватый взгляд на испуганного Лёшку, демонстративно прощаются только с ним, делая вид, что меня не существует.

— Племянник, бери завтра маму в охапку, и приезжайте к нам. Познакомим с твоими братишками, сестренками! Тебе понравится. У нас есть сад, белые кролики, лабрадоры. Кстати, лабрадориха Джеки недавно родила щенков. Любого выберешь! (Маша прекрасно знает, что я не люблю собак в квартире. Считаю, животным место на улице, в будке, а не на моем любимом диване. Крашенная зараза, мстит мне).

— У меня тоже есть брат Тошка, только я не знаю где он, — грустно выпаливает мальчик.

— Не удивлена ни капли, — Маша глядит на меня темными, почти черными глазами. — Миша, всё, что происходит сегодня, здесь переходит все мыслимые границы, — хватается за голову, качает ею усиленно.

Она едва сдерживается, чтобы не сказать больше, чем положено, но вовремя останавливается, вспоминая о ребенке. Тяжело вздыхает, убирает прядь волос за ухо, исчезает в холле. За ней исчезает и Майкина стройная фигурка.

Громкий стук извещает нас, что близняшки ушли.

— Миша, зачем ты так? После всего, что произошло, только это место заведующей отделением и ответственность за сотни чужих жизней вытащила твою сестру из глухой депрессии.