Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ)

Для того чтобы дети не чувствовали себя, как в золотой клетке, был куплен мини-зверинец, построен мини-Диснейленд. Чтобы детей не тянуло на приключения! Но сегодня потянуло на приключения их глупую мать! Не иметь мозгов — законодательством не запрещено, — Маша царапает руку в кровь.

— Не обвиняй себя, милая, — сестра гладит близняшку по голове. — Лиса найдется, по другому быть не может. Ты достаточно настрадалась, Небеса любят тебя и нашу малышку. Они ее не оставят. Клянусь.

Эсэмэс приходит мне на мобильный. Читаю.

— Стойте! Нельзя полицию! — скольжу очумелым взглядом по экрану.

Сознание отмечает, что информация важная, но от шока не могу поверить в нее.

Подо мной продавливается пол, и я лечу в бездну.

— Маша! — цепляюсь взглядом в молодую женщину, протягиваю ей свой телефон.

— Ваша девочка с разноцветными глазами у меня. Верните мне жену Нину Морозову, тогда отдам девчонку. На раздумье десять минут. Полина, знаете, где меня найти. Время до полуночи. Не вызывайте полицию, сделаете только хуже! — читает Мария стальным голосом.

— Кто это?! — Маша хватает меня за грудки.

— Мо… мо… — не могу выговорить ни слова от страха.

— Маша, пусти ее! — сестра отдирает от меня близняшку.

Вдох-выдох. Беру себя в руки, рассказываю:

— Морозов Глеб — клиент моего детективного агентства. Его жену мы спрятали от него в нашем социальном центре, чтобы он что-нибудь с ней не сделал до суда.

— Что-нибудь не сделал? Моя дочь у маньяка? — Машка едва шевелит губами, вырывая из головы волосы.

Всхлипываю. Не могу сдержаться. Рыдаю. Мои действия вызывали негативную волну, от которой может пострадать невинный ребенок.

— Что ты натворила!! — рычит Машка — из-за тебя украли моего ребенка. Самая большая драгоценность во всем мире. Если с ее головы упадет хоть волосок, я тебя…

Стефа бросается с кулаками на Машу.

— Не трогай мою маму, она не виновата, — обнимает меня за ноги, держит крепко-крепко, пытаясь защитить от жестокого мира.

— Значит, так, — зареванная Мария берет себя в руки. — Майя, отмени полицию, скажи, что нашли, бери детей, вызывай охрану, уезжайте домой. Маме ни звука о том, что произошло!

— Ты! — тычет в меня в грудь, — вызывай сюда своего родственника мента и своих оперов из агентства.

Достаю телефон, набираю Воронцова:

— Миша!!

— Спятила! — шипит на меня Машка, отбирает трубку, сама разговаривает с братом, — Мишенька, мы очень заняты. Чмок-чмок, — выключает телефон.

Окидывает меня злым взглядом.

— Не надо рассказывать ни Мише, ни маме, что я потеряла собственную дочь!!

Смотрю в безумные глаза женщины. Мне ее очень жалко, но боюсь за себя.

— Сейчас поедем, заберем твою протеже, обменяем на мою дочь, — поняла! — зло скалится

— Маш, ты бы помягче с ней, — говорит с досадой Майка, собираясь в дорогу.