Твоя на одну ночь

На наш стук никто не ответил, но вместо того, чтобы развернуться и уехать, его величество обратился к стоявшему неподалеку зеленщику с лотком:

– Скажите, любезный, не знаете ли вы, кто сейчас живет в этом доме? Мы ищем одну даму, прибывшую из-за границы.

– Сеньориту Лоренцу, – прибавила я.

Зеленщик не выказал ни малейшего желания нам помочь, но я знала, что заставит ему стать разговорчивее. Медяков у меня с собой не оказалось, но серебряная монета, сверкнувшая у меня в руках, сработала еще лучше.

Мужчина нервно облизал пухлые губы и выдохнул:

– Да здесь она, сударыня.

Как есть та, кого вы изволите искать. Живет одна. Не тутошняя. Только она вам нынче вряд ли откроет, потому как больная в постели лежит. Мой племянник ей нынче хлеб и молоко относил – говорит, бледная была и с трудом дошла до двери. Дом она сняла, вроде как, на неделю. А более я ничего и не знаю. Я – человек маленький, мне с чужестранками общаться ни к чему.

Он на лету подхватил брошенную мной монету и, поклонившись, метнулся в сторону ближайшего кабака.

А мы вернулись к закрытой двери.

– Она нам не откроет, – сказала я. – И не только потому, что больна.

Думаю, она боится, что я стану ее искать.

– Вы можете обратиться к властям, – посоветовал Алан. – Они имеют право взломать эту дверь. При вашем положении в обществе в ваших словах никто не усомнится.

Но я не готова была к столь решительным действиям.

– Мне уже кажется, что у нее вовсе не было нужного мне чертежа. А если так, то что мне даст ее поимка?

– Но вы хотели бы узнать про чертеж доподлинно? – Алан посмотрел на меня как-то странно. – Если так, то я думаю, мы должны поговорить с этой Лоренцой.

Он только коснулся замка рукой, и дверь тут же распахнулась.

Я вздрогнула. Нет, не потому, что меня поразило его тайное магическое умение. Просто я слишком хорошо была знакома с этой магией. Она была и у моего Джереми.

Но поразмыслить об этом у меня не было возможности – за дверью мы обнаружили узкий темный коридор, который привел нас в небольшую каморку, воздух в которой был столь спёртым, что мне захотелось распахнуть окно.

На низкой кровати лежала Лоренца. Я привыкла видеть ее румяной и загорелой, и от того нынешняя бледность ее кожи вызвала во мне не жажду мщения, а жалость.

– Ваша светлость? – девушка с трудом приподняла голову и вперила в меня лихорадочный взгляд. – Я знала, что вы придете. Простите меня, ваша светлость, я не думала, что всё получится именно так. Я причинила вам зло, но пострадала и сама. Нет, я не жалуюсь, ваша светлость, я это заслужила. Хотя я говорила Винченцо, что это был дурной замысел. Поверьте – я пыталась его отговорить.

– Кто такой Винченцо? – холодно спросила я.

Она сглотнула слюну.

– Мой муж. Я вышла замуж два года назад.