Твоя на одну ночь

Вчерашняя незнакомка появилась в зале спустя не меньше часа после начала бала. Сегодня она выглядела настоящей королевой. Массивное изумрудное ожерелье и пышное платье из тонкой, будто воздушной дымчатой ткани.

Я как раз беседовал с принцем Эмильеном, и счел возможным спросить:

– Кто эта дама, ваше высочество?

– Герцогиня де Трези, – уголки губ принца чуть дрогнули. – Вы, должно быть, сочли моветоном, что она появилась так поздно? Не судите ее строго. Поверьте, это – одна из самых обворожительных женщин Эльзарии. К тому же, сказочно богата. Мой отец задолжал ей столько, что не удивлюсь, если скоро окажется, что наш дворец тоже уже в залоге.

По моему разумению, подобные речи были недопустимы для принца королевской крови (вряд ли кому-то, а тем более правителю соседней страны, надлежало знать о проблемах его величества), но то ли Эмильен так пытался со мной подружиться, то ли перед балом он принял лишний бокал вина, но он оказался весьма болтлив. Я не сомневался, что он мог бы рассказать мне еще много интересного, но я не счел возможным продолжать расспросы.

Дополнительной информацией меня спустя полчаса снабдил герцог Тома.

Он тоже безошибочно узнал в этой гостье нашу незнакомку и, будучи более свободен в своих действиях, раздобыл немало интересных сведений.

– Это – Джейн, вдова герцога де Трези. Владелица нескольких мануфактур по всей стране – занимается льном, а с недавних пор еще и шелком.

Признаться, это меня удивило – по моему разумению, женщине надлежало думать совсем о другом.

– Между прочим, подняла производство почти с нуля. Есть компаньон – некий маркиз Намюр, но, как мне сказали, между ними исключительно деловые отношения. Мне вообще не смогли назвать никого, кто был бы замечен с ней в любовной связи.

Мои брови взметнулись вверх.

– До сих пор оплакивает мужа?

– Нет, вряд ли. Кажется, супругами они были совсем недолго – он умер через несколько дней после свадьбы, оставив ей сына, титул и старую мануфактуру. Знаете, ваше величество, если вас интересует мое мнение…

Я мягко его прервал:

– Лучше расскажи о мадемуазель Лурье, – я не хотел обсуждать герцогиню даже со старым другом. – Какое впечатление она на тебя произвела?

– Она очаровательна и отнюдь не глупа, – признал его светлость.

– Пожалуй, чересчур наивна и простодушна для той, которая метит в королевы. Но разговор с ней не был лишен приятности. Я намерен пригласить ее еще на один танец.

Это шло вразрез с правилами этикета, но я не стал возражать. Если о них станут говорить уже после этого бала – тем лучше.

– Кстати, ваше величество, а почему бы вам тоже не пригласить ее светлость на танец? Вы – король, вам можно обойтись без церемоний. Вы здесь почти ни с кем не знакомы, и если вы сами представитесь даме, то никто вас не осудит.