Неродная сестра мажора

— И как ты умудряешься все время оказываться в нужном месте в нужное время? — качаю я головой, совсем не удивленная.

У Ленки есть один талант и заключается он в том, что она очень часто становится невольным свидетелем каких-нибудь скандалов и разборок. Причем сама она это ненавидит, как человек, считающий, что любой конфликт можно решить цивилизованным способом, не прибегая к оскорблениям и насилию, хотя, если ее достать, то и ответить может.

— С удовольствием передала бы это проклятье другому человеку, — морщится девушка. — Ась, ты не обижайся, но мне пора.

— Да ты что, никаких обид! — отмахиваюсь я. — Спасибо, что зашла и обязательно пришли мне фотку, в чем пойдешь. Я заценю и честно скажу, если мне не понравится.

— Само собой, — ухмыляется Лена, отношения с которой с самого начала строились на откровенности, в отличие от третьей нашей подруги Тани, которой нужно говорить, что она молодец и красотка, даже если выбор одежды на наш взгляд у нее неудачный. — Ну все, пока.

— Пока, — махаю ей на прощание, зарываясь поглубже в одеяло, потому что на меня напал озноб.

Беру в руки телефон и захожу в «Сеть» на страницу Феди. Он сегодня не очень активен, после утренней тренировки ничего не запостил, а я еще до прихода Лены успела полчаса пересматривать и ронять слюни на его идеальное тело в спортзале.

Решив понаблюдать за ним с чужих акков, ввожу тег Дубов и нахожу последние связанные с ним фото и видео. Сердце ухает куда-то в живот, когда я вижу фотку, на которой он стоит в обнимку с незнакомой мне красоткой.

Глаза наполняют непрошенные слезы и я всхлипываю, чувствуя обиду и боль. Черт, черт, черт! Я ведь знала, что он такой, на что только надеялась?

— Ты чего ревешь, мелочь? — раздается внезапно голос Кира в комнате и я испуганно вздрагиваю, бросая взгляд на распахнутую дверь.

— Тебя стучаться не учили? — отвечаю грубо, вытирая слезы.

— Давай обойдемся без этого, — устало вздыхает он, подходя ко мне и кладя руку на лоб, присев на краешек кровати.

Его ладонь холодная и приносит очень приятное ощущение прохлады, но я сердито отстраняюсь, потому что его вина в произошедшем тоже есть.

— Ты знаешь кто это? — пихаю ему под нос фото Феди с его стервой.

Кирилл смотрит на экран и начинает хмуриться.

— Из-за Феда, значит, ревешь, — сжимает он челюсть, начиная злиться.

Слишком поздно до меня доходит, что не стоило этого делать. А я ведь всегда совершаю необдуманные глупости, когда болею. Мозг просто отключается и эмоции берут верх.