Несознательный 2

* * *Глушко Валентин Петрович, главный конструктор ОКБ-456 разбирался с чертежами ракетного двигателя полученного из ОКБ-51:

— Однако, — бормотал он, продолжая рассматривать схему нагнетателя, — это ж на какое давление они рассчитывают?

Удивляться было чему, этот двигатель лишь очень отдаленно напоминали немецкие спиртовки, в которых давление компонентов в камере не достигало и двадцати атмосфер, тут же заявлялось семьдесят. А как же тогда с поддержанием устойчивого горения, ведь обязательно возникнет вибрация, а ее, судя по данным испытательной лаборатории, как раз и не наблюдается.

Почему? И сама камера у двигателя какая-то странная, форсунки подачи компонентов топлива не утоплены в корпус двигателя, а выставлены как бы вперед, причем на разные расстояния, от этого создавалось впечатление не упорядоченной структуры, а какого-то хаоса.

— Нет, что-то здесь не так, — задумался Глушко, — либо конструкторы в пятьдесят первом ОКБ знают что-то такое, чего не знаем мы, либо им просто повезло нащупать такие режимы, при которых не возникает волновых процессов.

"

"Валентин Петрович еще раз посмотрел на эскиз недавно спроектированного в его ОКБ двигателя РД-103. Вот это картинка, все функционально и красиво, а тут что? Нет, так-то понятно, что благодаря такой конструкции обеспечивается больший расход топлива, соответственно возрастает и тяга, но так же никто не делает. Риск обратного удара, когда окислитель будет заброшен в камеру с топливом, слишком велик, в этом случае сильно страдает безопасность двигателя. Хотя, тут надо смотреть, давление очень велико, соответственно велики и скорости потоков, следовательно, опасность возникновения обратного потока не так уж велика.

— Черт, голова от всего этого пухнет, — пожаловался он самому себе, — интересно, кто в ОКБ-51 занимался проектированием этих двигателей, неужели у него все с первого раза получилось?

Главный конструктор опять покосился на свое творение, а ведь ему еще предстоит пройти первые огневые испытания, а там наверняка возникнут сложности, которые придется решать, хорошо если все ограничится десятком стендовых запусков, а то ведь счет может пойти и на два десятка.

И как тогда удалось конструкторам Челомея сотворить такое без долгого периода проб и ошибок? Нет, что-то здесь нечисто, скорее всего, у них где-то есть какой-то закрытый стенд, где они втайне от всех и проводили всю предварительную исследовательскую работу. Так что же получается, ОКБ-51 опережает его в создании ракетных двигателей. Очень неприятный вывод, а судя по тому, что в ответ Челомей не запросил их чертежи, то для него это давно пройденный этап.