Невеста клана

Поэтому я рассеянно что-то буркнула в ответ на слова мужа, и принялась торопливо натягивать на себя сорочку и халат.

Якоб повернулся и приподнял бровь с понимающей улыбкой. Я же только покосилась и неизвестно, отчего, рассердилась: всё ему хиханьки и хаханьки, а я, может, люблю его! После чего, всё ещё злобно сопя, выдавила:

- Милорд! Боюсь, что меня ожидает утренний туалет!

- Миледи! Конечно, с вашего позволения, я вас оставлю – Якоб слегка поклонился и приложил руку к груди, после чего гордо удалился в смежную комнату, нимало не переживая по поводу собственной наготы.

Спустившись к завтраку, мы застали там счастливого свёкра, который тоже что-то рассказал о чудесном, ничем не омрачённом утре, тихом дне и вообще, прекрасном времяпровождении, которое у него появилась после отбытия лорда Маркаса.

Не успели мы порадоваться тому, что дедушка всё-таки уехал, как вернулись солдаты с запиской. Там коротко и лаконично было сообщено, что те ковры, которые были в наличие, уже проданы, и получены предварительные заказы на следующие. Кроме того, дедушка писал, что свою долю за продажу он уже забрал. Как и часть процента моего долга перед ним. Остальные деньги – мои. И уж я сама могу распоряжаться ими по своему усмотрению. Дедуся только очень просил не забыть про оплату работы ткачей.

Я с сомнением хмыкнула – судя по всему, только на эту самую работу там деньги и остались. И неторопливо развязала кошель. Там оказалось золото. Я посмотрела ещё раз – нет, не ошиблась – самые обычные гольдены радовали мой испуганный взор.

- Вот ещё три кошеля – солдат выложил передо мною столь же приятные на вид мешочки – и ещё, ваш дедушка велел повесить вот это в ткацких цехах. Сказал, для дополнительной…

- …мотивации персонала! – подсказала я ему неизвестные понятия."

"На большом листе крупными буквами с изящными завитушками было указаны ориентировочные стоимости всех работ на ткацкой фабрике, которые предлагал мой компаньон. Ну, тут всё прозрачно и максимально понятно – как, сколько и за что ты получаешь оплату труда. А чуть ниже – возможные штрафные санкции. Как то: опоздания к началу рабочего дня, невыход на работу, порчу имущества – всё указывалось в монетах. Особняком стояло разглашение секретов производства. По всему выходило, что разгласившему коммерческую тайну проще было самому утопиться.

Однако, к моему удивлению, рабочие с пониманием и даже гордостью восприняли эту петицию. Мол, вот каким важным делом занимаемся! А я ещё долго отводила взгляд от приписки внизу документа, которая была сделана почерком уже не Берни, а самого деда: «Если надумаете проболтаться, то за ваши жизни никто молить не станет. Спаси Великий от ярости леди Полины»!

Новые ковры были готовы чётко по графику, после чего и отправлены покупателям.