Невинна и опасна, или Отбор для недотроги

– Сначала девочке станет очень плохо. Вода коварна, – предупредил Визард. – Но через пару месяцев малышка полностью исцелится.

Однако, как оказалось, для спасения Амалии было недостаточно просто добыть ту ядовитую и одновременно целительную жидкость. Вода теряет магические свойства, как только оказывается в этом мире. Нужно перенести Амалию в тот, чужой, мир и там напоить целебной водой.

– Я сделаю это и верну вам малышку, – пообещал старец. – Но сделаю это один.

Луиза и Фабьен взмолились, чтобы он взял их с собой. Они не могли представить, как смогут передать больного ребёнка немощному старцу.

– Я не могу раскрыть тайну перемещения между мирами никому. Пустынный народ, к которому я принадлежу, веками хранил эти знания от посторонних. И будет проклят тот, кто раскроет их. Амалия – неразумное дитя и не сможет ни понять, ни запомнить ритуала перемещения. Но не вы.

Фабьен и Луиза не сдавались. Они боялись, что малышке станет ещё хуже, как только она окажется оторванной от родителей. Измученная болезнью она может не перенести разлуки с близкими. Да и старцу может не хватить сил добраться до колодцев через песчаную долину с малышкой на руках.

В конце концов, Визард внял мольбам отчаявшихся родителей. Но у него было условие.

– Вы должны пройти особый ритуал. Получить метку скарабея. Как только на вашем плече вспыхнет этот магический знак, вы сможете спокойно перемещаться между мирами, которые соединяют колодцы. На вас не будут действовать их проклятья: ни зыбучие пески, которые окружают колодцы с этой стороны, ни ядовитый туман, который стелется на подступах к колодцам с той стороны, ни чёрная бездна самих колодцев.

Луиза и Фабьен согласилась, даже ещё до конца не зная, что такое метка скарабея. Они ведь собирались пробыть в чужом мире совсем недолго – столько, сколько потребуется, чтобы напоить Амалию водой из проклятых колодцев.

Они не стали долго тянуть. Малышке становилось всё хуже и хуже. Уже на следующий день отправились к долине.

"В пещере, недалеко от долины, Визард провёл ритуал. Он был обманчиво простым. От Луизы и Фабьена требовалось только повторять за старцем короткие слова. Их смысл не был понятен. Но с каждым словом всё сильнее и сильнее начинало печь правое плечо. Когда ритуал подходил к концу, кожа горела, будто к ней прислонили раскалённое железо. Однако три последних слова моментом уняли боль. Словно ничего только что и не происходило.