Невинна и опасна, или Отбор для недотроги

Крохотные ладошки были трогательно подложены под щёчку. Луиза не стала будить малышку. Легонько провела рукой по её волосам цветом в осень. И коснулась губами лба. Сердце разрывалось на части. Когда в следующий раз она сможет дотронуться до неё?

– Святые отцы, молю, храните моё дитя! – прошептала Луиза горячо.

Фабьен стоял рядом. Она впервые видела слёзы в глазах супруга.

Визард проводил их до проклятой долины. Дальше велел действовать самим.

– Мне нужно возвращаться. Ваше исчезновение придётся объяснить трагической гибелью. Я расскажу, что стал свидетелем несчастного случая – лодка, на которой вы катались по озеру, внезапно перевернулась.

Луиза помнила, как они с Фабьеном добрались до колодцев. Что произошло дальше, было покрыто густым туманом. В себя она пришла уже в родном мире. Вот так и закончилось их с супругом путешествие в чужой «изнаночный» мир.

Глава 60. Прощание

Сразу после выступления Сюзон был объявлен небольшой антракт. Зрители поспешили к столам с закусками. Восточные сладости, экзотические горячие и холодные напитки приманивали господ, как цветочный нектар бабочек. Ажиотаж стоял такой, будто часть гостей явились на мероприятие не столько послушать музыкальные номера, сколько приложиться к яствам.

Амалия хотела воспользоваться паузой – пробраться за кулисы, чтобы поговорить с Сюзон, поддержать. Хотя та покинула сцену с высоко поднятой головой, Амалия догадывалась, в каком смятении находится сейчас бедная безответно влюблённая девушка. Однако попасть за кулисы было не суждено. Не успела Амалия сделать и нескольких шагов, её остановила запыхавшаяся Розали.

– Его Высочество Маркель ждёт вас в ваших покоях, – шепнула служанка.

Сердце камнем упало вниз. Зашёл попрощаться? Призрачная надежда, что король отменит наказание, в момент растаяла. Амалия со всех ног бросилась к себе. Тоска когтистой лапой вцепилась в горло. Амалия не знала, как получилось, что этот мужчина стал самым важным в её жизни. Он ещё здесь, а горечь скорой разлуки уже не даёт нормально дышать. Как Амалия переживёт тридцатидневный холод одиночества?

Она влетела в комнату и сразу увидела его. Он стоял у окна. Серьёзный, сосредоточенный, мрачный. Складка напряжения залегла между бровей.

– Я уезжаю.

Два коротких слова льдом сковали душу.

– Я знаю, – она сделала ещё пару шагов.

Когда-то она боялась этого мужчину, как огня. Боялась даже взглянуть. А теперь желает оказаться в его объятиях.

Маркель взял её узкие ладони и приложил к своей груди. А потом притянул её к себе. Резким отчаянным движением.