Ночь Огня

Празднество уже началось, мы могли опоздать и все пропустить, однако при виде двух дорогих мне людей сердце переполнилось эмоциями, и я не решился просто взять и прервать их тренировку. Мне нравилось наблюдать за Бэнкс и за отцом. Приятно смотреть, как жена проводит время с моими родителями.

– Ты пялишься на меня, – проронил отец, блокируя удар ноги Бэнкс.

Она бросилась на него, волосы, выбившиеся из конского хвоста, свесились ей на глаза. Пот покрывал грудь и шею отца.

Он снова блокировал удар кулаком, надвигаясь на Бэнкс.

– Перестань глазеть на меня! – рявкнул он.

Бэнкс отступила, хотя должна была обойти его, чтобы выиграть время.

– Когда ты смотришь на меня, ты ничего не видишь, – сказал он. – А должна видеть все.

Моя жена зарычала, сжала кулаки, а затем нанесла сверху удар ногой, который отец опять блокировал и отбил, даже не нахмурив густые черные брови. Мэдс с каждым днем все больше и больше походил на него.

Я скрестил руки на груди, оставаясь в тени поддерживающей потолок балки, и продолжал наблюдать, как жена, задыхаясь и выбившись из сил, отшатнулась в сторону.

Мы тренировались в «Сэнсо» несколько раз в неделю. Бэнкс сейчас в отличной форме. Или должна быть в таковой.

Отец, одетый в свободные черные брюки и взмокший так, что его темные с проседью волосы прилипли ко лбу, подошел к ней.

Он заставил Бэнкс выпрямиться и посмотрел на нее сверху вниз.

– Закрой глаза.

Жена стояла ко мне спиной, но, должно быть, не слушала: мой отец повторил приказ.

– Закрой глаза, – настаивал он."

"Бэнкс не двигалась, но через мгновение я заметил, что ее плечи расправились, а дыхание выровнялось.

– Вдох, – сказал отец, вдыхая вместе с ней. – Выдох.

Улыбка тронула мои губы, а за окнами несколько снежинок упали на стылую землю.

Я уже усвоил этот урок.

– Еще раз.

Они оба медленно вдыхали и выдыхали, пока отец ждал, чтобы разум Бэнкс прояснился.

– Не открывай глаза, – проинструктировал он.

Руки Бэнкс свисали вдоль тела, и она продолжала делать размеренные вдохи и выдохи.

– Ты видишь меня? – спросил отец. – Представляешь мысленно мой образ?

– Да, – последовал ответ.

– Что ты видишь?

Бэнкс заметно колебалась.

– Что именно? – уточнил он.

– Ваши глаза.

– И?

– Ваше лицо.

Мгновение отец разглядывал ее, а затем добавил:

– Теперь попробуй охватить взглядом окружающее пространство. Что ты видишь?

– В… в комнате? – спросила Бэнкс.

Отец слегка придвинулся к ней и понизил голос.

– Дыши, – прошептал он. – Что еще ты видишь? Заставь меня пошевелиться.

Бэнкс слегка наклонила голову, как будто наблюдала за сценой, которая разворачивалась перед ее внутренним взором.

– Ваши руки и ноги.

– И?

– Ноги… они сдвинулись.