Ночные шорохи

И одновременно, — гордо выложила она козырную карту, — моя мама.

Брови Роланда взлетели к самым корням волос.

— Как мило, — пробормотал он, едва не лопаясь от злости.

Слоан от души пожалела беднягу, которому выпало несчастье столкнуться с Кортни.

— Должно быть, это меня, — сообщила она, вставая. — Ной звонил из Рима и пообещал приехать на день раньше.

Ной на цыпочках поднялся наверх и внезапно появился перед трехлетней дочерью, которая при виде отца восторженно завизжала и бросилась ему на шею, болтая ножонками в пижамных штанишках. Няня почтительно поздоровалась и скрылась в соседней комнате.

— Папа! Ты уже приехал!

— Да, малышка, — пробормотал Ной, неловко подхватывая дочь одной рукой и пряча за спиной другую, с подарком для Эшли.

— А к нам приходила тетя Кортни.

— Вижу, — кивнул он.

Девочка раскрыла от изумления рот и тряхнула кудрявой головкой.

— А откуда ты узнал?

— По твоим барашкам-кудряшкам.

Слоан нашла Ноя на террасе. Эшли сидела на коленях у отца, и оба о чем-то таинственно перешептывались.

— Папа дома! — громко сообщила девочка. Ной поднял глаза, увидел жену и нежно улыбнулся, словно обволакивая ее теплом взгляда.

— А мы рассказывали друг другу всякие секреты, прошепелявила Эшли и с довольным видом подставила ухо губам Ноя Тот что-то прошептал — А можно я расскажу маме? — загорелась Эшли — Так и быть, — с притворной неохотой согласился отец.

— Папа сказал, — торжественно объявила малышка, — что он любит тебя. Очень, очень, очень."