Одна любовь. Двойная месть

А Полину снова переполняют эмоции, она не может оторвать взгляд от черного ворона на кисти.

— Я бы хотел попросить тебя.

— О чем?

— В отеле надо навести прядок, возьмешься?

— В каком отеле?

Полина не понимает, о чем говорит мужчина, даже не пытается сосредоточиться.

– “Империал”.

— Какой? — Полина посмотрела внимательно в глаза Германа, решив, что он шутит, но мужчина был как всегда серьезен. — Тот самый “Империал”, мой “Империал”?

— Да, теперь он твой.

ЧАСТЬ 9

В просторном холле гостиницы “Империал” стояла гробовая тишина. Полине казалось, что если залетит муха, то она непременно услышит ее жужжание. Весь персонал, находившейся в этот час на смене, был собран, двери закрыты, не было видно даже постояльцев.

Утром Герман совсем сбил ее с толку, она, как маленькая, не могла сообразить, о чем он говорит, а когда, наконец, дошло, то смотрела на него такими глазами, что мужчина заволновался. И правду говорят, что в период беременности женщина думает совсем о другом.

— Так ты тот самый таинственный владелец отеля? Немец, о котором все говорят и которого никто никогда не видел? Точно, Немец. Ведь это так очевидно, с ума сойти.

— Словно Санта Клаус, — Герман тогда улыбнулся и поцеловал удивленную Полину в губы. — Считай, что я твой личный Санта Клаус.

— Но…

— Так, Полина, никаких «но», собирайся, завтракай, и тебя ждут новые владения.

— Но я ведь беременна, — она демонстративно показала на свой живот.

— Совсем недавно тебе это никак не мешало и нисколько не останавливало. Не хочешь — останешься дома. Останешься в этом доме. И это не обсуждается. Разведи сад, займись вышивкой.

— Вышивкой? Ты смеешься?"

"Сказал, как отрезал, ей нечего было возразить, к тому же надо было о многом подумать. Но подумать ей так и не дали, точнее, мысли путались. Влад постоянно ходил перед ее глазами полуголый, сыпал пошлыми шутками, Герман просто молча пил кофе, а она потом всю дорогу домой перебирала в памяти свой гардероб. С ее пикантным положением он понес некие изменения.

После быстрого завтрака, который непонятно кто приготовил, мужчины не дали ей осмотреть дом, а торопили так, словно они куда-то опаздывают. Влад увез ее в ее квартиру, ее любимая машина стояла у подъезда, ведь она так и осталась тогда у парка. Дал ей время собраться и со словами о том, что они едут делать революцию, привез в “Империал”.

И вот гробовая тишина, холл гостиницы, где ей знакома каждая ваза и каждая царапина на стойке администратора, откуда она уходила с болью, но облегчением, на нее смотрят несколько десятков пар глаз. Полина в облегающем платье цвета спелой вишни, сверху жакет, прикрывающий животик, но он никак не скрывает ее положение.