Одноклассники smerti

Надя, Надюшка Митрофанова, еще как-то держалась, а Лену — ту совсем повело. Общеизвестный ведь факт, что творческим людям немного надо… Ну а мужики, их угощавшие, и рады взять быка за рога — тут же тянут на продолжение банкета куда-то к себе в гостиницу. Лене даже в голову не пришло отказаться. Сказала, что поедет с ними хоть на край света… А Надя — та, хотя тоже с трудом на ногах стояла, заартачилась. Вытащила Лену в туалет, начала уговаривать, что лучше домой… Может, и уговорила бы, да один из новых знакомых, видно, заподозрил демарш…

— Динамо, — автоматически поправил Дима.

— …и прямо в дамскую комнату ворвался. Елену за руку хвать и к выходу потащил, а на Надежду цыкнул: «Не хочешь — и не надо, отваливай. А подружка твоя с нами поедет». Запихнули Лену в машину и увезли. А Надя в ресторане осталась. Спасибо, что хоть счет мужики оплатили…

Историк вновь замолчал.

— Вы так подробно рассказываете… — подбодрил его Полуянов. — Во всех деталях…

— Просто в те времена я дружил со своими учениками… — грустно усмехнулся тот. — Они знали, что на меня можно положиться. И секретов не держали. Почти — не держали… Да… Так вот Надежда в той истории повела себя, можно ли применительно к девушке сказать, по-джентльменски. Она попросила швейцара вызвать такси и велела, чтоб ее отвезли как можно быстрее к дому. Но побежала не к себе, а в Ленину квартиру. И не побоялась, что спиртным от нее несет за километр. На счастье, мать Коренковой оказалась дома. Надя честно рассказала той, что произошло. И даже название гостиницы сказала, куда Лену новые знакомые повезли. Тоже здесь, у нас. «Восход» называется, до сих пор, кажется, функционирует. Галина Вадимовна — так ее звали — среагировала мгновенно. Ринулась в гостиницу, налетела на портье, пригрозила милицией и без труда выяснила, в каком номере находится гоп-компания. Ворвалась туда и застала чудовищнейшую для матери картину: дочь совершенно без чувств лежит поперек кровати, а двое незнакомых мужчин ее раздевают…

— Повеселились девчонки, — не удержался Дима.

— Да уж, — согласился учитель.

— Но, получается, ничего страшного не случилось. Раз те мужики Елену даже раздеть не успели, — подытожил Полуянов.

— Не успели, — согласился историк. — Однако мать Лены все равно решила принять меры. И на следующий же день отправилась в школу. Потребовала, чтоб ей позволили присутствовать на педсовете. И на нем публично обвинила во всех грехах подругу своей дочери, Надю Митрофанову. Что якобы именно та потащила ее дочь в ресторан. Напоила. И пыталась подложить – я очень хорошо запомнил это слово — под каких-то своих прежних любовников…

— Ну и бред! — покачал головой Полуянов.

— Кто спорит, — кивнул историк. — Хорошо, директор у нас тогда был молодой, понимающий.