Двое среди руин

И еще целая куча всех представителей флоры и фауны!

— Добавь, совершенно иной фауны."

"Она убрала улыбку с лица. Я тоже нахмурился, представив на мгновение гребнистую спину монстра, и его возможное появление здесь, среди обманчивой тишины и почти недвижимых вод.

— Иной… Давай, уберемся отсюда, пока светло.

Ната неожиданно заупрямилась:

— Дар, мы едва лагерь разбили! И одежда до сих пор не просохла после похода. А обувь, так вообще сырая! Предлагаешь топать по грязи обратно? Мы в таком уютном месте, не продувает, топливо в избытке, я ужин почти доварила — давай останемся! А утром пойдем обратно.

Ветер как раз все подсушит, и дорога не будет такой размазней, как вчера. Если, конечно, опять снег не пойдет…

И на руки свои посмотри — вся кожа слезла, до крови! Надо забинтовать, мазь наложить. Предлагаешь вот так, в ночь, уходить в неизвестность? Я, конечно, послушаюсь, но… Подумай, стоит ли?

Искать новое пристанище в ночь не хотелось. Поддавшись уговорам и вроде как вполне веским доводам, я сдался. Хоть какое-то предчувствие и оставалось, но я решил не обращать на это внимания. Рядом Угар, предупредит, коли что.

Тем более что он уже отвел глаза от воды и мирно растянулся на земле. Ну, раз пес снова спокоен…

Берег вдоль озера был густо усеян не только камнями. Повсюду валялось множество деревьев, когда-то вырванных с корнем и притащенных сюда наводнением. Я поежился, вспомнив свое невероятное спасение в чудом не разломавшемся автомобиле. Подтащив пару выбеленных ветром и морозом бревен поближе, положил их крест-накрест, на еще горящие угли костра. Слишком большая толщина не даст сгореть быстро, так что на ночь топливом мы обеспечены. Ната расположилась возле Угара — его спина защищала девочку от холодных порывов ветра, налетавших со стороны болота.

Мне достался уголок поодаль, ближе к вершине — что делать… с тех пор, как она появилась в нашем доме, лучшие места доставались именно ей. Подоткнув Нату одеялом и заслужив благодарственный кивок, я укрылся плащом из шкур, оставив снаружи только лицо. Холод ли, ветер — опыт прошлых странствий жестко обязывал сохранять бдительность в любых ситуациях. И пусть мое обоняние не такое острое, как у пса, но для охраны нашей стоянки хватит и его…

Ветер, тем временем, потихоньку стих.

С ним ушел и морозец, кусавший мои щеки. Вокруг стояла полная тишина, даже столбики камыша, поодаль, торчащие из воды у края берега, перестали качаться и замерли, будто схваченные невидимой рукой. Над водой стало темнее. Ночь вступила в свои права. И пусть, она не озарялась сиянием далеких звезд, или серебром холодного света Луны, в остальном все напоминало такие же давние ночи, когда я, будучи еще мальчишкой, вместе с друзьями сидел у завалинки и мечтал о будущем.