Ошибочный тест на отцовство

– Да и я с ребятами поеду, – решает тетя, – еще позвоню тебе вечером, Элин.

Нина теперь будет держать руку на пульсе. С Костей они прощаются уже вполне по–человечески. Но она все равно подозрительно на него косится.

– Спасибо, теть Нин. Рада, что ты вернулась, – говорю от души. Мы обнимаемся.

– А я–то как рада! Целуй за меня Лёвушку.

Киваю, расцеловываемся и мы с ней. Костя идет провожать гостей на улицу. А я все еще в состоянии странного шока поднимаюсь наверх.

***

Константин

Элина осталась в доме – это самое главное. Я был, наверное, на 99% уверен, она уедет. Под крыло к тетушке. Туда, где ей более логично быть.

Нина спросила, будем ли мы разбираться. И я впервые задумался о еще каких–то тестах. Может быть, поискать хороших медиков? Напрячь связи. Хотя… это не главное.

Если бы вопрос стоял так – мы доказываем, что Лёва мой сын, и они с Линой остаются здесь, или не доказываем, и они съезжают. Но… Я не хочу, чтобы они уезжали. Вообще. При всех обстоятельствах. Это я понял очень конкретно сегодня.

Что я почувствовал? Жалость? Нет… Ощущение привычки? Мы уже прижились вместе. Да в целом тоже не совсем. Есть немного, но решающую роль оно не сыграло. Тогда что? Желание к этой девушке? Да, оно в полной мере присутствует. Хотя опять же, его было бы недостаточно для такого шага.

А что тогда, черт возьми, Козырев? Ты в нее влюбился? Не доверяя целиком и полностью… Так что, бывает?

Уже проводив близких Лины, собираю тарелки в посудомойку и задаю себе все эти вопросы. Я всегда ценил в людях честность! Нет, мутные приятели меня тоже окружали. Особенно лет до двадцати. Но действительно хорошо относился я только к тем, кто был со мной искренен. У нас и в семье принято говорить напрямую.

Впрочем, Лина и не увиливает. Стоит на своей правде. Неужели что–то пошло не так с тестами?! И мелкий – мой… От мысли становится жарко и накатывает непреодолимое желание его увидеть. Как будто прочитаю ответ на маленьком лбу.

Уношу скатерть в прачку, сам шагаю по лестнице вверх. Дверь в комнату Лины закрыта. Стучусь негромко. Слышу легкие шаги. Элина высовывается.

– Он заснул.

Мне бы уйти, но…

– Можно взглянуть?

Лина хлопает ресницами, но впускает меня. Пацан лежит на большой кровати.

– А почему не в своей? – киваю на шедевр от Михаила.

Элина морщит лоб.

– Там матрасик… В общем, его надо как–то постирать.

– А может, новый купить? Закажи по размеру, – предлагаю на автомате и добавляю, – деньги возьми из продуктовых.

Лина вздыхает. Я никак не комментирую, подхожу ближе к малышу. Нет, никаких опознавательных знаков на мордашке. Поел, спит. Невозмутимый. Хм, ну что–то есть от меня."

"Вывод чуть не заставляет нервно засмеяться.