Отель последней надежды

 — Это, наверное, значит сильно.

— Как.., как от начала до конца?! — в панике пробормотала Надежда, схватила себя за попу и начала шарить.

К своему ужасу, она нащупала голое тело, трусы, а вовсе никакую не юбку, и в соответствии с самой женской из всех известных логик стала судорожно вспоминать, какие именно трусы нацепила сегодня утром, и, вспомнив, пришла в совершенное отчаяние. Трусы никуда не годились, хлопчатобумажные, заслуженные, в ромашку. Ромашки раньше были веселенькие, но от многочисленных стирок повыцвели и посерели.

Надежда полвечера ругалась с человеком, который ближайшие несколько месяцев будет руководить жизнью отеля, где она работает. Ее дальнейшая карьера в известной степени зависит от того, что именно этот человек напишет в краткой характеристике, которую американская сторона даст каждому русскому сотруднику. Потом у нее отобрали сумку, и этот человек гнался за воришками и настиг их, а потом вынужден был отпустить. Теперь он идет сзади и любуется на ее целлюлитную попу в вытертых хлопчатобумажных ромашках.

Красота! То что нужно для первого дня знакомства с таким большим начальством!..

— Мы уже почти пришли, — сказал американец, когда они переходили площадь. — Сейчас сядем в машину, и все будет о'кей.

Вот интересно, у него машина с водителем или нет? По табели о рангах должна быть, разумеется, с водителем! И водитель, разумеется, свой, из «Англии»! Она же присутствовала на совещании, когда за каждым из американских начальников закрепляли машину и шофера! Присутствовала, а теперь не помнит!..

Нет, твердо решила Надежда. Если машина с водителем, я в нее не сяду. Площадь перебегу, а там и гостиница рядом, как-нибудь!.. В порванной юбке, да еще с американцем возвращаться из скверика перед Адмиралтейством!..

Никакого водителя в лимузине не оказалось.

Дэн Уолш распахнул дверь:

— Садитесь!

Надежда неловко плюхнулась и опять схватила себя за зад, проверяя, прилично ли расположилась юбка и не видно ли хоть теперь ее трусов!

Он сел на водительское место и посмотрел на нее. Она все щупала и поправляла складки. Вот Лидочке рассказать, не поверит!..

— Где вы живете?

— На Каменноостровском проспекте! Это далеко, и вы.., города не знаете. Вы меня лучше к «Англии» подвезите, я прошмыгну тихонечко, а там что-нибудь придумаю.

— Город я знаю! — возразил Дэн Уолш энергично. — Я же готовился к поездке!

Он вырулил со стоянки перед Исаакиевским собором под светофор и включил левый поворотник.

— Это и есть памятник Петру Первому?

— Нет! Это Памятник Николаю Первому! Петр на набережной! Мы немного до него не дошли, когда…

— Когда на вас напали.

— Ну да. Про этот памятник говорят, что он все поспешает за Петром, но догнать никогда не сможет.