Номер 19

Раньше, в то время когда они с Катей встречались, медперсонал заставляли носить поверх халата зеленые повязки, чем-то похожие на передник. Те передники веселили Глеба. Веселили, но и вызывали сочувствие. Максимально неудобные, вечно цепляющиеся за все подряд нелепые тряпки. И никого не волновало мнение сотрудников. Внешний вид должен оказывать благоприятное влияние на состояние больных, и всем плевать на состояние медперсонала.

Теперь их модельер, очевидно, шагнул дальше.

– Что ты здесь?

– Это тебе.

Глеб протягивает цветы и улыбается.

Сейчас, даже если он рассмеется над чепчиком, будет выглядеть словно он смеется от смущения.

Лицо Кати багровеет.

Она растеряна, но букет принимает.

– Скажи ему, пусть проваливает, – подсказывает недовольный голос из регистратуры.

Голос сыплет гадости, но Глеб не обращает на него внимание.

– Я к вам по долгу службы, как говорится.

Он смотрит на Катю, рассматривает чепчик, обращается на «вы», а нелепые слова сами вырываются изо рта. В голове успевает проскочить мысль, что эта глупая фраза запоздала на несколько веков.

– Меня интересует один ваш пациент.

Катя делает долгий выдох. Расслабляет руки и вязаные конверты чуть не падают на пол.

Она улыбается.

Непонятно, то ли от облегчения, то ли от досады. Румянец исчезает так же внезапно, как и появился.

Катя показывает идти за ней.

– Пациент, девочка."

"Глеб пытается по пути рассказать, зачем пришел, но Катя не отвечает. Похоже, девушка не собирается разговаривать в коридоре. Она долго ждала этого момента, пусть теперь Глеб немного подождет. Она ведет себя как при последней их встрече. Словно в тот день Глеб поставил не жирную точку, а слегка накрошил многоточием.

Они заходят в кабинет.

Небольшая комнатушка, довольно тесная, практически без мебели, но в ней есть окно. На окне стоят пустые глиняные горшочки, вероятно, тоже сделанные пациентами.

Катя набирает воду и ставит букет в банку недалеко от кривых горшочков.

Глеб садится на стул сбоку от стола.

– Возможно, она лечилась здесь у вас?

– Возможно.

Катя отвечает коротко.

Начинается неловкий разговор. Неловкий, как и ожидал Глеб. Да и как вообще можно ловко разговаривать с бывшей, если бросил ее через сообщение на телефоне, потом не отвечал на звонки и надеялся, что больше никогда не встретить. Тем более в таком чепчике.

– Я смотрю, у тебя теперь свой кабинет.

– Угощайся.

Катя пододвигает пакетик с конфетами и берет одну.

– Ой. Дай угадаю. Птичье молоко?

Девушка пожимает плечами.

– Хоть что-то в этом мире остается неизменным.

Он смеется и разворачивает конфету.

– Ну, теперь я слушаю. Что за долг такой службы привел сотрудника полиции к нам? В нашу скромную обитель.

Катя говорит и ведет себя неестественно. Спина ее прямая, плечи расправлены и напряжены.