Номер 19

Я говорю, что адрес и время обсудим отдельно, а он не дослушивает, кивает и уходит.

Мы с клиенткой остаемся наедине.

Сегодня моя молчаливая красавица выглядит иначе. Она так и пышет радостью и счастьем. Кажется, ее распирает от нетерпения.

– Доброе утро, – еще раз здороваюсь и достаю новые перчатки.

– Ым, воистину доброе.

Она улыбается, прохаживается по кабинету.

– Как там наши татуировки? Заживают? Покрылись коркой?

Она не отвечает.

– В прошлый раз ты так стремительно убежала. Я не успел объяснить, как ухаживать, какую мазь использовать. Проблем нет?

Она мотает головой.

– Ну и хорошо. Просто я не успел предупредить, что, пока заживает, лучше не пользоваться мочалкой. Лучше не распаривать в горячей воде. Быстренько в душ и…

– Все, ым, нормально.

– Можно взглянуть?

Девушка приближается, подтягивает подол платья и демонстрирует мне портреты.

Смотрю и не знаю, что сказать.

Татуировки испорчены.

Это не случайно. Я вижу, что она нарочно их испоганила. Картинка так портится, только если ты намеренно трешь, моешь и царапаешь свежую рану.

– Но… Как так?

Я хочу накричать. У меня не хватает слов, чтобы цензурно выразить свое негодование.

– Мне так, ым, больше нравится, – говорит она, опускает платье и отходит к кушетке.

Я хочу объяснить сумасшедшей, что это же моя работа. И она испорчена. Что теперь мне бы не хотелось, чтобы девушка рассказывала, кто трудился над созданием этого уродства.

– Тебе с такими татуировками теперь жить.

– Это, ым, не твое дело.

Это не мое дело? Я же автор. Прокручиваю варианты, как можно исправить, но ничего на ум не приходит.

Она садится на кушетку.

– Просто не хочу, чтобы они были такими чистенькими, причесанными. Мне нравится, что я управляю ими. – Она говорит о людях со своих вытатуированных портретов. – Их давно нет рядом, но я все еще могу влиять… Контролировать их.

Я не понимаю, что она имеет в виду.

– Может, начнем? Я готова. Ым, покажи, что с рисунком.

Я показываю эскиз с демоном.

– Вот, закончил.

Показываю прорисованный сюжет, с учетом всех пожеланий клиентки. И перекрученная талия девушки, и торчащие сквозь кожу обломки ребер, и фрагменты тел на динамике, и улыбку на лице.

– Добавь, ым, ему очки.

Я киваю и рисую оправу.

– Что-то еще нужно? Или ты потом сама… мочалкой подкорректируешь?

Мне обидно, что моя работа испорчена. И где гарантии, что этюд с демоном не превратится в черную кашу на спине?"

"Она мотает головой, расстегивает, спускает с плеч платье.

Она проделывает это без капли стеснения. Обнажается и не пытается прикрыться. Не просит отвернуться. Девушка намеренно выставляет грудь напоказ и следит за моей реакцией. Я, естественно, стараюсь не смотреть, но непослушные глаза успевают оценить все пикантные подробности моей обнаженной клиентки.