Отпуск с последствиями

Но я могу попросить кого-нибудь купить футбольный в городе.

– Будь добра. Включи эту покупку в мой счет.

– Дима…

– Да?

– Я что-то не то сказала?

– Нет. Все нормально. Ты голодна? Я толком не позавтракал, и теперь ужасно голоден.

– Конечно. Я провожу тебя до ресторана.

Он хотел ее попросить остаться, но передумал.

– Отлично.

– Как насчет вечера?

– Вечера?

– Ну, да. Можно съездить в город, погулять по улочкам Стоун тауна. Или устроить морскую прогулку.

– Нет, ничего не надо. У меня уже есть планы на этот день.

Да… У него есть. В конце концов, он мог всегда отвлечься на незнакомку с пляжа.

Глава 8

– Катя? А ты почему здесь?

– А где мне еще быть?

– Как где? Развлекать нашего дорогого гостя!

– Тоже мне нашли клоуна, – буркнула Катя.

– А? Что ты сказала? Говори громче. Я ни черта не слышу.

Как-то Катя поинтересовалась у Люси, почему же она в таком случае не носит свой слуховой аппарат, а та ответила, что большинство разговоров не стоят ее внимания. Конечно, Кате тут же захотелось с этим поспорить. Но хорошенько поразмыслив, она пришла к выводу, что в словах Люси есть какая-то соль. Может быть, вышколенное долгими годами жизни понимание того, что от тебя в ней ни черта не зависит, и смирение это принять. Молодости свойственна суета. Страх упустить что-то важное, выпасть из актуальной повестки, сдуться. Старость не суетится. Старость знает – то, что суждено, непременно случится. Старости много не надо.

– Говорю, у Димы на сегодня уже есть планы. Не связанные со мной.

– Неужто этот засранец кого-то себе нашел?! – Люся вздернула брови, нарисованные карандашом.

– Откуда мне знать? Я свечку не держала!

– А я говорила, надо его тепленьким брать! Пока барышни помоложе тебя не опередили. Те сейчас зубатые пошли – не теряются. В отличие от некоторых. Эй! Ты куда?

– Схожу на пляж.

– Ходи, не ходи, а…

Что еще говорила Люся, Катя не услышала, захлопнув за собой дверь. Впрочем, репертуар шефини, она и без того знала наизусть. Ей бы не составило труда его повторить. И про то, что Мишу надо отпустить, и про то, что нужно жить дальше. Катя все это понимала. Просто не могла. Отпустить. Ее пугала собственная тяга к другому. Может быть, если бы он ей чуть меньше нравился, она бы смогла… Что? Переспать с ним? Ограничиться лишь сексом? Вполне возможно. Секс это ведь ничего, правда? Совсем другое дело – чувства. Или это тоже предательство? Покойного мужа. Памяти о нем. Катя не знала. А Миша… Миша настаивал, Миша брал с нее клятвы, что она, в случае чего, не станет себя хоронить с ним заживо. Когда он был рядом, теплый, родной, любимый, клятвы было давать легко. Легко, потому что она не верила, ни на грамм не верила, что это в самом деле случится. Ну, не могло… Не могло такого произойти! Только не с ним, не с ними… А оно вон как… Случилось. Не пощадило их.