Отпуск с последствиями

– Ничего плохого? Наверное, у нас с тобой разные ценности, – добавила Жанна, после чего отвернулась и торопливо вышла из комнаты. Катя посеменила за дочкой следом, забыв закрыть дверь на балкон. Ее немного потряхивало от пережитых эмоций. И чуть-чуть от обиды. Вошла в комнату, которую когда-то звала «детской», и замерла.

– Эй! Ты куда это?

– Ухожу.

– Как уходишь? Куда? Никуда я тебя не пущу!

– Так попробуй меня остановить, – криво улыбнулась Жанка. Упрямая, как ослица, она закидывала в чемодан свое барахло и на мать не смотрела.

– Ты ведешь себя как ребенок, – вздохнула Катя. – Мы же адекватные люди! Давай поговорим, обсудим все, что тебя волнует.

– Насколько я понимаю, ты уже несколько месяцев как беременна. Что же тебе мешало со мной поговорить?

– Может быть, понимание того, как ты отреагируешь?

Жанка вскинула на мать темные глазищи. На секунду в них Кате почудилась некоторая неуверенность, но ее практически тут же вытеснило упрямство.

– Вот только не надо в этой ситуации выставлять плохой меня. Это не я…

– Что?

– Наломала дров!

Катя понимала, что в таком состоянии спорить с дочкой бесполезно. К тому же ей следовало себя поберечь. И поменьше нервничать. Она медленно выдохнула, с трудом возвращая контроль. Если не над ситуацией, которую не могла изменить, то хотя бы над собственными эмоциями.

– Ну, и куда же ты пойдешь? – спросила, сев на Жанкину кровать.

– К Ивану. Давно пора. Он звал.

– Ты хотя бы представляешь, во что ввязываешься? Хоть немного отдаешь отчет тому, что это за мужик, Жанна? Да, он много даст. Но и спросит столько же.

– И что?

– А то, что ты совершенно к этому не готова! Вот что."

"– Откуда тебе знать? Ты вообще понятия не имеешь, что со мной происходило весь последний год. А я ведь, дура, думала, ты по отцу убиваешься на этом чертовом острове. А ты…

Катя зажмурилась, как от боли. Уткнулась лицом в ладони. И просидела так бог его знает сколько времени после того, как за Жанкой захлопнулась дверь. В себя ее вернул звонок телефона. Колонка многократно усиливала звук. Она нащупала трубку и, не глядя на то, кто звонит, поднесла к уху:

– Да…

– Добрый вечер, Катя. Это Князев беспокоит.

– Да? – замерла настороженной птичкой.

– Хотел сказать, что у Жанны все в порядке. Вы, наверное, волновались.

Она волновалась, да. Но в тот момент ей было смешно. Они с Иваном Савельевичем напоминали двух умудренных сединами родителей, беспокоящихся о неразумном чаде. Только если Катя и впрямь была… родителем, то Князеву отводилась совсем другая роль. Интересно, как быстро ему это все надоест? Ведь что надоест, Катя даже не сомневалась.

И видимо не слишком успешно ей удалось замаскировать свой смех. Потому что и Князев хмыкнул тоже.

– Спасибо, что сообщили, Иван Савельевич.

– Пустое. Вы сами-то как?

– Ничего.