Отпуск с последствиями

– На каких форумах?

В разрезе халатика виднелась глубокая ложбинка. Которой не было раньше, потому как ее грудь до беременности была совсем невыдающейся. А вот теперь… Тушнов уставился на нее, как завороженный. Сглотнул.

– На форумах, посвященных беременности, – пробормотал сипло.

– Дима, я ничего не делаю без одобрения врача. Мой гинеколог не видит никаких противопоказаний.

– Значит, тебе нужно обратиться к другому гинекологу! Потому что этот, ей богу, слепой. Или тупой. Я уж не знаю.

– Ты несешь какую-то чушь, Дим, правда. Тебе не кажется, что довольно глупо обвинять в непрофессионализме человека, которого ты в глаза не видел? Врываться ко мне… Еще ведь даже восьми нет… – Катя взмахнула руками, и от этого движения ее разбухшая грудь тоже качнулась."

"– Это не чушь! И если бы ты уделила этому вопросу больше внимания, то знала бы, какие риски сопровождают беременную в полете.

– Да? И какие же? – Катя вызывающе вскинула подбородок и скрестила руки на груди. Той самой груди, которая его буквально гипнотизировала. Соберись, Тушнов, мать твою! У тебя же были аргументы. Так? Так вот теперь самое время о них вспомнить…

Дима откашлялся. Тряхнул головой. С большим трудом поднял взгляд выше. И обнаружил, что эта невозможная женщина опять улыбается во весь рот. Не иначе как смеется. Над ним.

– Ну, во-первых, нехватка кислорода, – сощурился он, – во-вторых, перепады давления, которые могут вызвать преждевременные роды, в третьих, риск возникновения тромбоза из-за долгого сидения в одном положении. Мне продолжать?

– Конечно. Очень познавательная лекция! Ты забыл о старом добром инсульте.

– Вот именно. Его тоже не нужно сбрасывать со счетов, учитывая, что ты – старородящая!

Катя возмущенно открыла рот.

– А ты темный! В современной медицине уже давно нет такого понятия.

– Понятия, может, и нет. А факт – как говорится, имеется. Тебе сколько? Тридцать девять? Немало. И кстати, не забывай о возможном воздействии радиации.

– Какой еще радиации?

– Космической! Как тебе такое?

Несколько долгих секунд она просто на него смотрела. А он ходил по ее не такому уж и просторному коридору туда-сюда.

– Дима, я лечу в Дубай, а не в космос, – мягко заметила Катя, как если бы объяснялась с каким-нибудь душевнобольным. Или будто бы она могла понять его чувства. Такая… хорошая. И родная.

– Нет. Не летишь.

Мужик он, в конце концов, или кто?

Глава 21

– Дамы и господа, рад приветствовать вас на борту лайнера Боинг семьсот семьдесят семь…

Катя защелкнула пряжку ремня и, чуть повернув голову, уставилась на Тушнова. Ей было очень нелегко удерживать на лице маску безучастности в момент, когда от эмоций ее рвало на куски. И смеяться хотелось примерно так же, как и плакать. Почему-то. Вдруг. Плакать.