Отражение зла

Естественно, их дружбе тут же пришел конец. Больше старуха здесь не появлялась.

– Сколько нового вы мне сообщили! – удивился Алекс. – Знал бы, сразу пришел к вам за информацией.

– Иногда молодые люди сильно недооценивают стариков, – усмехнулась Ипполита. – А ведь мы всегда готовы поделиться опытом, что-то подсказать.

– Нам бы тоже не помешала подсказка-другая, – задумчиво произнес Грановский. – У нас есть несколько зацепок, но причины происходящего пока так и неясны.

– Как вам наша школа?

– Если честно, я испытываю настоящее отвращение ко всякого рода школам, – честно признался Алекс.

Ипполита заливисто рассмеялась:

– Признаться, такого ответа я не ожидала услышать.

– Я всегда привык говорить только правду.

– И это похвально.

Ипполита заглянула в горшочек с травяным настоем и удовлетворенно кивнула, затем разлила чай по чашкам и придвинула одну Алексу. Тот попробовал. Напиток оказался очень горьким, но при этом приятно пах.

– А я отдала школе почти сорок лет своей жизни, – сообщила Ипполита.

– А почему ушли?

– Я начала работать еще при прежнем владельце, отце нынешнего директора. С ним мы всегда находили общий язык. Затем работала с Мартоном Эмбером – старшим братом Наполеона. А с нынешним руководством мне стало куда сложнее уживаться. Наполеон Эмбер всегда был черствым и злобным, а после того, как перестал ходить, и вовсе с катушек слетел. Я в жизни не встречала более омерзительного человека.

– Это верно, – кивнул Алекс. – У меня о нем сложилось такое же мнение.

– Поэтому я предпочла более спокойный способ зарабатывать себе на жизнь. Да и трудно уже справляться с учениками, возраст не тот.

– А что скажете о Корделии? – вспомнил Алекс о главной цели своего визита.

– Обычная девушка, – пожала плечами Ипполита. – Даже не знаю, почему она тебя заинтересовала.

– У нее были какие-то необычные способности?

– В наших краях такие люди – большая редкость. Если и появлялись дети со способностями, то их вскоре забирали хироптеры. О Корделии могу сказать лишь, что она всегда была хорошей и прилежной ученицей. Тихая, скромная. Правда, немного себе на уме… Но ничем предосудительным она никогда не занималась.

– Странно. – Алекс отпил еще чаю. – А кем были ее родители?

– Этого я тоже не знаю. Большая часть учеников интерната Эмбера – сироты, оставшиеся без родственников. У единиц есть родители, как правило, это жители Ост-Стингера. По большому счету, заведение Эмбера – детский приют, где подростков обучают грамоте и некоторым наукам. Но ты не ответил на мой вопрос. Почему Корделия тебя так интересует?

– Эта женщина якшается с людьми, которые хотят убить меня и моих друзей. – Алекс залпом допил чай и поставил пустую чашку на стол.