Парижский вариант

Марти подпрыгивал в кресле, словно на раскаленной сковородке.

— Змий! Дракон! Тебе не одолеть героя, рыцаря, воителя! Спокойно... спокойно... вот так... так... Ага! Попался, гнусный бармаглот, ты... Господи!

—Что-то случилось, Марти? Скажи!

Толстяк оторвал взгляд от экрана. Лицо его было белее муки.

— Эмиль выбрал снаряженную русскую МКБР. Снаряженную ядерной боеголовкой. И она... она запущена! — Он всхлипнул, снова глядя на экран, считывая информацию на лету. — Ракета уже в воздухе! Пошла!

Во рту у агента пересохло. Засосало под ложечкой.

— Куда она нацелена, Марти? Назови мне мишень!

Марти сморгнул.

— Омаха. — Он покосился на монитор, потом снова на друга. На лице его тревога боролась с отчаянием. — Мы опоздали.

Глава 40

Президентский самолет, перед посадкой в Омахе

Президент Кастилья разглядывал собственное одинокое отражение в иллюминаторе. Шасси президентского самолета легко коснулось посадочной полосы. Скоро и президент, и его соратники окажутся в безопасности, в надежно вкопанных в землю бункерах Стратегического командования армии США — как все его называли, «СтратКома», — на базе ВВС Оффут. «СтратКом» был живым сердцем обороны: в его ведении находилось планирование, нацеливание и развертывание стратегических сил страны. Покуда НОРАД взирал в небеса, «СтратКом» координировал ответные удары.

Кастилья перевел взгляд с туманной плоскости иллюминатора на взлетную полосу за ним: верно, по соседней полосе разгонялся, отрываясь от земли, реактивный самолет, очень похожий на президентский. Один такой был приписан к «СтратКому»; сейчас ему предстояло служить мишенью, отвлекая внимание любого противника, вздумавшего отыскать президента США.

Глубоко вздохнув, Кастилья попытался отогнать чувство вины. Столько людей своими телами прикрывали его, верней — его пост... Гигантская машина сбавляла ход. Он отвернулся от иллюминатора и снял с рычага микрофон громоздкого коротковолнового передатчика:

— Брэндон, как держитесь?

— Неплохо, Сэм, неплохо, — отозвался из своего бункера в Северной Каролине вице-президент Брэндон Эриксон. — А ты?

— Терпимо. Только взмок уже весь. Под душ бы...

— Как я тебя понимаю.

— Готов перенять штурвал, Брэндон?

— Не придется.

Президент безрадостно фыркнул."

"— Всегда завидовал твоей уверенности. Ладно, свяжемся. — Он повесил микрофон и неловко поерзал в кресле. В дверь настойчиво постучали.

— Войдите!

На пороге стоял Чак Орей. Ноги его не держали, лицо превратилось в пепельную маску.

— На проводе командный пункт «СтратКома», сэр. Опытная противоракетная система... рухнула. Мы ничего не можем поделать. Мы беспомощны, сэр. Командующие сейчас консультируются с интернетчиками, пытаются запустить систему снова... но особой надежды нет.

— Иду.