Пиранья. Первый бросок

 – Я пошел…"

"Он поднялся в крошечную рубку, выбрал якорную цепь и запустил двигатель. Сноровисто перекидывая толстенькие рукоятки штурвала, повел судно на ост, вдоль берега, в сторону Виктории. Берег был пуст, океан был пуст, и настроение пока что не достигло нормальной отметки, но чуточку поднялось, исчезла противная тошнота и еще более омерзительная слабость в коленках, он почти успокоился. Нельзя было иначе, никак нельзя…

Чтобы отогнать остатки позорной слабости, громко мурлыкал под нос:

Меня зовут Уильям Кидд,ставьте парус, ставьте парус!Рядом черт со мной стоит,абордажный нож блестит,ставьте парус, ставьте парус!Нас с купцами смерть свела,в пасть акулам их тела,ставьте парус, ставьте парус!На добычу я лихой,льется золото рекой,слаще нет судьбы такой,ставьте парус, ставьте парус!И, почувствовав себя почти нормальным человеком, заорал во всю глотку еще одну старинную песенку, опять-таки родившуюся на кораблях туманного Альбиона:

Я благодарен виски за свой багровый нос,и по его совету бушлат в заклад отнес!Сзади что-то негромко упало.

Замолчав, Мазур явственно расслышал металлический щелчок. Очень похожий на…

– Руки держи на штурвале!

…на звук взведенного курка.

Оглянувшись через плечо, Мазур узрел в нескольких шагах за спиной свою прекрасную принцессу, освобожденную им аж от трех драконов. Она стояла выпрямившись, одной рукой придерживая на груди рубашку, а в другой у нее был Мазуров трофей, «Альбион» со взведенным курком, нацеленный ему куда-то в район лопатки. Бросив быстрый взгляд вправо, Мазур убедился, что пустая кобура валяется рядом с компасным шкафчиком. Сюрпризы…

– Положи игрушку, – сказал он мягко. – Совершенно неподходящая забава для девушки из колледжа искусств, пусть даже ахатинского.

Если потянуть пальцем вон ту штучку, он, между прочим, выстрелить может.

– Я знаю, – сказала Дженни. Глаза у нее были сухие, отчаянные, решительные. – Где кокаин? Куда ты его дел? Я ведь прекрасно поняла, что вы ныряли и достали все…

Странно, но прежде всего Мазур ощутил не злость, а жгучую, неутолимую обиду – он ведь и ее спасал, в конце-то концов, искренне считал случайным человеком, беззащитной жертвой, а оно вон как обернулось…

– Конкурирующая фирма, а? – спросил он, горько ухмыляясь.

 – И в той бухточке, так я теперь понимаю, вы не случайно оказались?

– Не твое дело, – отрезала Дженни. – Где кокаин?

– Вопрос, конечно, философский, – сказал Мазур.

Револьвер она держала довольно уверенно, ствол в ее руке почти не дрожал.

– Я выстрелю…

– Да? – поморщился Мазур. – Во-первых, как только выстрелишь, судно сразу потеряет управление… Ежели я паду мертвым. Во-вторых, ты уверена, что в одиночку справишься с этим корабликом?

– Попробую…

– А вдруг не получится? – с интересом спросил Мазур.