Пленница Лютого

– Разошлись, - рявкаю на кого-то, кто рядом с ней остановился. Падаю на колени, не решаясь прикоснуться к девушке. А если она сломала себе что-то? Нельзя трогать. – Нахуй свалили.

– Лют… Я в порядке, - шепчет, а потом заходится смехом. – Нормально.

– Ебанутая.

Она смеётся, а у меня сердце встало. Всё, не работает. Мотор заглох, ни один механик не запустит. Она же могла… Она могла на тот свет отправиться. А это единственное место, где я достать не смогу.

Аккуратно прикасаюсь, осматриваю шею, руки, ноги сгибаю. Ищу место, на которое удар пришелся. На голову отбитая. Сильнее меня.

– Мне не больно, - останавливает меня, перехватывает руки. – Я успела сгруппироваться.

– Успела она. Поднимайся и домой топай.

– Нет, - девчонка стягивает шапку с головы, а потом обратно на снег падает. – Не хочу. Я… Я на секунду подумала, что ослепла. Что-то хрустнуло и потемнело в глазах.

– Кристина, ты сейчас…"

"– Шапка была, - машет у меня перед лицом тканью, снова ржет. – Но испугалась, да. Я ничего себе не повредила, правда. Но не хочу вставать. Ты видел какое небо красивое?

– Видел. Поднимайся или я тебя потащу.

– Лёш.

Настоящим именем называет, заставляя подобраться. Напоминает о нашем условии, но я готов всё далеко послать. Запру в доме и не выйдет, пусть орёт до посинения, что мы о чём-то договаривались.

Кристина сжимает пальчиками рукав моей куртки, тянет на себя. У неё силы не хватит, но я поддаюсь, падаю на снег рядом. Небо как небо, голубое и без туч почти. Нашла на что смотреть.

– Я тебя выпорю.

– Вечером, - отмахивается, не принимает угрозу в серьез. Распоясалась, поверила в себя, блядь.

– Ты хоть подумала головой? Поперлась на вершину…

– Но я ведь не там упала, а на участке, где мы до этого катались. Просто зацепилась и полетела. Ничего страшного не случилось. Я так давно не вставала на лыжи… Кайф. Ничего больше не хочу. Пойдём сюда завтра?

– На второе свидание напрашиваешься, златовласка?

Это то, чего я хотел. Пусть она сама ко мне идёт, привыкает. К любому варианту, как захочет. Я подстроюсь, не проблема. Выхода другого не осталось. Если хочу с ней быть, то теперь нужно по-другому поступать.

Кристина знает мое имя, лицо, больше не прикроешься маской. Не подойдёшь через год в реальности, заново всё выстраивая. Последняя возможность, чтобы привязать к себе девчонку.

Вчера сгоряча подумал, что уйти дам.

Не дам.

Не дебил.

Но при этом кроет злостью. Она закипает, ядом травит. Так, что врезать хочется кому-то, кровь пустить. Отправиться на ринг и отдубасить смертника, который решится выйти.

Потому что мне это не нравится. То, как легко Кристина говорит о следующем свидании.