По прозвищу Святой. Книга вторая

По команде поджигаем все бикфордовы шнуры, какие есть, и отходим. В бой не ввязываемся. Только в самом крайнем случае. Муса, — обратился он к Герсамия, — к тебе это особо относится с твоей горячей грузинской кровью. Стреляешь только в том случае, если нас обнаружат раньше времени и начнётся тревога. Всё ясно?

— Так точно, ясно, товарищ лейтенант, — ответил пулемётчик. — Почему все думают, что мы, грузины, вспыльчивые? Ничего не вспыльчивые. Нормальные. Только когда надо, тогда вспыльчивые, да.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Максим. — Ещё раз. Наша задача — взорвать как можно больше всего, навести шухер и быстро уйти.

Живыми. Вопросы есть? — Максим оглядел красноармейцев, уже переодетых в немецкую форму.

Вопросов не было.

— Тогда по коням.

Глава четырнадцатая

Выехали в двадцать два часа сорок минут.

Максим не мог рассчитать точно, сколько времени им понадобится, чтобы добраться до аэродрома, но подозревал, что не меньше часа — точно. Казалось бы, что такое тридцать километров для Opel Blitz, способного выдать по хорошо укатанной грунтовке сорок, а то и пятьдесят километров в час, а по асфальту и все восемьдесят?

Но в том-то и дело, что эту грунтовку следовало ещё отыскать.

Потому что на тех картах, которыми располагали Максим и КИР, никаких удобных и укатанных грунтовок, ведущих в нужном направлении, не было.

На картах не было, а на самом деле были.

Той грунтовки, на которой прошлой ночью они уничтожили усиленный немецкий разведвзвод и завладели «опелем», тоже не было на карте. А поди ж ты — вот она, прыгает впереди в приглушённом свете фар."

"Хорошо, что сегодня обошлось без дождя. Форма немецкая успела высохнуть, и дорога не размякла до состояния полной непроходимости.

Максим ехал в кабине и думал, что в его времени, в конце двадцать первого века, Россия практически полностью справилась с одной из своих извечных бед — дорогами. Их стало много, и были они хорошие. Даже очень хорошие. Самовосстанавливающееся износостойкое покрытие, инфраструктура, безопасность. Шик и блеск. Причём в любой части необъятного Союза, а не только в значимых центрах.

Нет, конечно, хватало и грунтовок, но их количество и качество не шло ни в какое сравнение с тем, что наблюдал Максим здесь. Пожалуй, в утверждении, что русские дороги сражались в Великой Отечественной войне против общего врага наравне с Красной армией и партизанами, была изрядная доля истины.

Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Мы-то что, люди привычные, а вот немцы… То-то они стараются держаться хотя бы тех дорог, что есть и особо не суются по сторонам. И правильно делают. Завязнешь — никакой трактор не вытащит. Ещё и сам трактор вытаскивать придётся.

Но всё равно хорошо, что не было дождя. Потом, родной, потом. Дай сделать дело и выбраться к своим.