Подготовка

Вначале нарисовался сам Ворошилов с инспекцией новой базы 23-й отдельной механизированной бригады. Потом появился Ежов с переживанием о сохранении военной тайны о возможности новых образцов вооружения и техники, потом провели семинар совещание с конструкторами и руководством военных предприятий и вот как закономерный результат командира 23-й бригады пришельцев пригласили на беседу к Сталину.

На эту встречу Зинченко пришёл подготовленным, комбриг начитался много литературы и особо проштудировал подготовленный Ивановым конспект, про политические репрессии Ежова.

Хотя знания и имели разнородный и не системный характер, но основные понятия о 30-40-х года в голове уложились достаточно внятно. Кроме того начальник связи передал ему свой нэтбук с накачанной туда полезной информацией и разными фильмами про инцидент на Халхин-Голе и озере Хасан, серию фильмов о Финской и Великой отечественной войне, нашли даже сборник телеканала ""Рен-Тв"" про разработки различных видов Советского оружия, а там почти 360 серий по 30 минут.

Встреча проходила без свидетелей, так сказать тет-а-тет, только Сталин и Зинченко.

Сталин начал первым.

— Я слышал, что Ваши люди критикуют деятельность советского руководства, и лично товарища Сталина. Неужели вся наша деятельность насколько плоха?

Линию поведения в новом мире Зинченко продумал уже давно, каждому из заместителей разработали основную схему поведения и продумали перспективы роста, командирам батальонов и рот разъяснили необходимость не покладая рук включится в строительство Коммунизма на отдельно-взятой территории, а остальному личному составу вбили в голову, что если будут болтать и провоцировать особистов или товарищей из НКВД, то никакого прикрытия никто не получит.

Связываться с государственной машиной из-за кучки говорливых идиотов командование бригады не будет, но в свою очередь комбриг пообещал всех пристроить на хорошие должности при советской власти.

— Товарищ Сталин, разрешите откровенно — произнес Зинченко.

— Давайте откровенно, именно это сейчас от Вас и требуется — спокойно сказал Сталин — вы люди из будущего знаете нас достаточно хорошо, а мы о Вас всех имеем только общее представление, я думаю, будет правильным, если вы сразу, без утайки озвучите общее мнение о деятельности советского руководства, о наших ошибках и достижениях.

— Ошибки и достижения, это категории философские, и ни я, ни кто другой, не обладающий полной информацией о развитии внутриполитической обстановки в СССР, стратегической и международной обстановки. Судить вас мы не имеем права — начал свою речь Зинченко — мы можем высказывать лишь опосредованное мнение, так как конкретно к встрече с Вами нас не готовили.

Сталин подбадривающее кивнул.