Подготовка

Зинченко замолк и посмотрел на Сталина, а тот кивнул головой, после чего комбриг продолжил.

— Борьба с врагами народа это вещь нужная, но назначать разнарядки местным органам НКВД с указанием числа людей, подлежащих аресту, высылке, расстрелу или заключению в лагеря и тюрьмы это подлог это не просто должностное преступление, это предательство, это работа на врага. Приказ НКВД 00447 от 30 июля 1937 года ""Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов"", а также внесудебная деятельность репрессивных органов, так называемых спец комиссий НКВД СССР и прокуратуры Союза ССР, а также спец троек НКВД СССР являются преступными, так как подрывают веру советского народа в справедливый суд.

Вы должны провести тихую реформу НКВД, требуется дать дорогу честным, не замаранным чистками товарищам. Поэтому я с одной стороны критикую, а с другой стороны одобряю деятельность НКВД как единственного органа на данный момент имеющего возможность бороться с агентами империализма и их пособниками.

— Хорошо, я понял, что деятельность НКВД имеет системные недостатки — Сталин встал и прошёлся по кабинету — вы, конечно, многое не знаете и не понимаете наших реалий, но это, скорее всего не ваша вина, вы как и многие другие ваши коллеги попались на удочку врунов и лицемеров.

Те тройки, про которые вы так жарко рассказывали, не имели, не имеют и никогда не будут иметь права выносить расстрельные приговоры. Судебные спецтройки предназначены для решения обычных уголовных дел, это сделано для упрощения бюрократической процедуры судопроизводства. Чтобы всё вопросы рассматривать побыстрее нам был необходим упрощённый механизм уголовного делопроизводства, который стал решать вопросы привлечения преступников к ответственности. Если в деяниях задержанного обнаруживается тяжкое уголовное преступление, предусматривающее расстрел, то такое дело передается уже в прокуратуру. Вам там, всё про нас наврали, потому, что тройки решали только простые уголовные дела, никак не связанные с расстрелами. Но это не страшно, разберетесь, что вы там говорили про развал страны?

Сталин замолчал и задумчиво посмотрел в окно, задумался и Зинченко.

Что он может сказать сейчас? Он много говорил со своим замполитом — товарищем Ивановым, Иванов был профи в области дискуссионных баталий по сталинским временам, а что тут удивительного, он ведь настоящий замполит, и училище закончил еще во времена СССР, когда там почти наизусть штудировали труды ленина и решения всех съездов партии."

"Иванов тогда сказал; ""… понимаешь, Николай Иванович, проблема намного глубже, чем ты думаешь.