Любовь между нами

– Чего встала? Давай, тащи «Цезарь»!

И все в таком духе. Нет, я, конечно, понимала, что персонал обязан многое терпеть молча, с широкой улыбкой на устах. Вот только и в мыслях не было, что в нашем уютном заведении будет происходить подобное.

Время еще как назло тянулось, словно жвачка. Я то и дело поглядывала на часы, а там как будто намертво замерла проклятая цифра семь вечера. Счет не просили, заказы не кончались, разговоры не стихали. Все было явно не в нашу пользу.

Когда я принесла гостям очередную порцию алкоголя, чьи-то толстые пальцы шлепнули меня по бедру.

– Что вы себе позволяете! – вспыхнула я. У меня перехватило дыхание от злости, которая волной пронеслась вдоль тела.

– Что надо, то и позволяем, – засмеялся товарищ в белой рубашке, которая уже была расстегнута на несколько пуговиц сверху. Лицо его сделалось пунцовым. Клиент еще так мерзко улыбнулся, что меня передернуло.

– Прошу вас, соблюдайте субординацию, – произнесла я, еле сдерживаясь и с силой стискивая в руках поднос. От прикосновения этого мужчины мне вдруг показалось, что я покрылась липкой слизью с головы до ног. Хотелось облить себя водой и смыть отвратительное чувство. Раньше подобных выходок в баре не наблюдалось.

– Надо будет, и на колени встанешь. Что? Бабки не нужны?

– Юль, – ко мне подбежала Лада и подхватила под локоть, шепнув на ухо: – Иди, давай, я здесь сама.

Я развернулась и даже дошла до бара, как услышала очередной шлепок. Теперь досталось и Ладе.

– Женщины только для этих целей и годятся, – веселился клиент. Остальные мужчины его поддержали. Мне хотелось взять с бара ведро, полное льда, и вылить содержимое им между ног, доходчиво объяснив, что женщина – тоже человек. Однако я прекрасно понимала, кто эти люди и чем может обернуться моя выходка. Положив поднос на столик, я сняла фартук и направилась в кабинет к шефу. В конце концов, это его детище, и именно он должен не допускать подобного отношения к своим сотрудникам."

"Постучав в дверь, я повернула ручку и уверенным шагом вошла в маленькую комнатушку, где кроме стола и кожаного кресла еще стояли четыре монитора, передавая на экран записи камер видеонаблюдения.

– Вячеслав Ильич, – произнесла я откашлявшись.

– В чем дело? – он поднял голову, лениво переводя взгляд с мониторов на меня.

– Я очень прошу вас как-то донести до наших гостей, что официантка – не девушка по вызову. И нас нельзя бить по… попе. Это… это ненормально!

– Да, ты права, – кивнул он, и я моментально выдохнула, ощутив поддержку. Даже улыбнулась, но, как оказалось, преждевременно. – Это ненормально, но это сфера услуг. Ты должна была понимать, куда идешь.

– Что, простите? – мне показалось, ослышалась.

– Юля, – перешел на шепот директор.