Попаданка. Мама – служанка (СИ)

Только благородством там и не пахло! Ведь он и сам Дану силой взял, вот и не знал, от кого ребенка она носит под сердцем. Эти сомнения отравляли Милада. Вот он злобу и срывал, в порыве гнева поднимая руку и на нее, и на мальчика.

Так и шел год за годом. Ведь Теодор, вернувшись домой, решил, что Дана разлюбила его, раз за другого замуж выскочила, стоило ему уехать. Так бы и развела их судьба на веки вечные, если бы на руке у Драго метка магическая не появилась. Знак королевской семьи.

Тогда в порыве ярости Милад выставил Дану за порог с ребенком, обозвав гуленой. А она случайно встретилась снова с Теодором. О, как он обрадовался, узнав о сыне! Сразу обоих во дворец забрал.

Хотя все было мутно в этой истории. Опомнившийся Милад до сих пор заявлял, что ребенок все-таки от него, что какой-то артефакт говорит, что чушь собачья эти ваши метки… В общем, чем дело кончилось, никто и не знал. Дела королевской семьи – это не то, о чем базарным теткам на каждом углу языками чесать стоит. Так или иначе, Драго продолжал жить во дворце и называть Теодора отцом. А еще подружился с Дареном.

– Дарен, привет! – Драго сбежал по ступенькам, встрепанный, с разрумянившимися от радости щеками. – Как хорошо, что приехали! Пойдем, я тебе такое, такое покажу!

С нами он наскоро поздоровался, а Дарена ухватил за руку, готовый утащить за собой.

– Что же покажешь, принц Драго? – улыбнулся Ратмир, наблюдая за детьми. – Коня тебе отец подарил или меч заморский?

– Ой, лучше! – отмахнулся Драго. – Дар, скорее, у нас собака родила! И все щенки забавные такие, на мордах как звездочки белые! Пошли поглядеть на псарню!

– Мам, можно? – глянул на меня Дарен.

Я с улыбкой кивнула, и мальчишки, взявшись за руки, убежали.

– Это явно надолго, – усмехнулся Ратмир, приобнимая меня за плечи. – Пойдем к Теодору, мне дела с ним обсудить нужно.

– Так раз у вас дела, так я Злату себе украду! – раздался звонкий девичий голос. – О своем, о девичьем поболтаем!

Я повернулась, увидев Дану. Она протянула руки, заключая меня в объятья. Мы были почти ровесницами, и эта девушка совсем не задирала нос, даже живя в королевском дворце. И сейчас, будучи одета в расшитую золотом парчу, Дана улыбалась просто и весело. Она и во дворце не просиживала дни в покоях, а нашла себе дело по душе: раскрыла в себе кое-какие магические способности к целительству и лечила животных.

– Пойдем, – кивнула я с улыбкой. – Все равно Ратмир и Теодор на час за бумагами засядут, не то ты их не знаешь.

Дана рассмеялась и поправила каштановую прядку волос, выбившуюся из тугой косы. Ратмир напоследок поцеловал меня в уголок губ, и мы ушли во дворец, в покои моей подруги. Туда нам подали сладости и ароматный чай из сушеных малиновых листьев.