4
0
Повращал бордовую жидкость в увесистом кубке и сделал глоток, чувствуя, как терпкая жидкость обволакивает язык.
Пропустил сквозь пальцы шелковистые волосы Мэрион, устроившейся внизу у моих ног. Мэрри подбросила парочку поленьев в огонь и подалась навстречу моей руке, массирующей её затылок.
Отбросила голову назад, устраивая её прямо у меня между ног, и хитро улыбнулась, когда я не сдержал хриплый вздох. Ах, так?
Намотал длинные светлые волосы на кулак и потянул к себе, вынуждая её оказаться у меня на коленях, только после этого ослабил хватку, и волосы золотистыми волнами рассыпались по её обнажённым плечам.
Огладил полушарие груди с нежно-розовой вершинкой, провёл ладонью вниз по плоскому животу жены, сжал её упругие ягодицы, направляя её на себя. Прижал её к каменной твёрдости у себя между ног, одновременно с этим отыскивая пальцами её чувствительную точку.
Мэрион жалобно всхлипнула и изогнулась, опасно выставляя на обозрение своё идеальное тело, на котором не отразились ни время, ни рождение детей. Вкусная. Податливая. Нежная. Идеальная. Моя."
"С глухим рычанием вошёл в неё и прикусил кожу на шее, чувствуя полнейшее наслаждение в моменте. Всякий раз пытался утолись свою жажду, наесться ею вдоволь, и не мог.
Её животные стоны сводят с ума, заставляют терять контроль. Хорошо, что сейчас её дыхание сбито, глаза закрыты, в комнате темно, и она не видит меня, не видит моих глаз.
Потому что в них сейчас тьма.
Все думают, что шесть лет назад тьма исчезла, и я тоже так думал первое время, но это не так. Тьма не исчезла, она по-прежнему во мне. Уползла, скуля, в самые дальние уголки чёрной души, и затаилась.
Но иногда она выходит на свободу. В такие моменты, как сейчас, когда контроль летит в хаос. Не прекращая вбиваться в неё снизу, сжирающим поцелуем забрал в рот вершинку её груди, и Мэрион вскрикнула, содрогаясь от оргазма. В несколько толчков догнал её и излился внутрь.
Мэрион без сил лежала у меня на груди, восстанавливая дыхание. Я провёл кончиками пальцев по её спине, пересчитывая позвонки, и несколько раз моргнул, возвращая контроль над тьмой и обычное зрение.
Да, тьма никуда не делась, она по-прежнему спит во мне. Зло не исчезает бесследно, всегда остаётся его след. Человека не переделать, не вылепить заново. Но всё это не важно. Потому что главное не то, кто ты есть. А то, какой ты делаешь выбор. Я его сделал. Я выбрал её — мою единственную настоящую любовь — и свет. И так будет всегда."
