Последний Герой. Том 4

Корюшкин нехотя вздохнул, наклонился, делая вид, будто завязывает шнурок на ботинке. В этот момент я увидел, как Савелий быстро бросил таблетку в кружку. И та зашипела, сразу же покрывая поверхность пива пеной. Это явно была не безобидная витаминка. Меня обдало неприятным холодком — неужели этот гад снова играет на два фронта? Впрочем, сейчас выяснять это было некогда. Потом разберусь.

Ваня, не замечая ничего подозрительного, поднял кружку и улыбнулся натянуто, играл роль, как мог:

— Ну, давайте за встречу и знакомство!

— Вот это по-мужски, — оживился поэт. — Настоящие мужики первую кружку до дна пьют, в охотку, залпом. Потом крякают и усы рукавом вытирают.

— У меня усов нет, — вяло пошутил Корюшкин и нервно осушив кружку, снова поставил её на стол.

Ваню тут же слегка повело, глаза заблестели, будто резко ударила в голову убойная доза алкоголя.

— Я же почти не пил… — проговорил он растерянно и неуверенно посмотрел вокруг.

В этот момент телефон, который я забрал у Савелия, коротко запиликал, пришло сообщение — вопросительный знак. Я быстро отправил в ответ точку, сигнал, что клиент якобы готов.

— Ну всё, пора, — поспешно сказал Мехельсон, поднимаясь из-за стола. — Идёмте, Иван, на выход.

— Вы что, со мной? — Корюшкин неуверенно шагнул, хватаясь за стол.

— Ну да, выйдем покурим, — подтвердил поэт и потащил его к выходу.

Чёрт бы тебя побрал, Сава! Ты же должен был сидеть на месте, мелькнула у меня мысль. Ты что творишь?

Я быстро двинулся следом за ними, стараясь сильно не приближаться, чтобы не спугнуть тех, кто мог наблюдать за происходящим.

Они вышли на крыльцо. Ваня достал сигарету, с трудом попал огоньком зажигалки по кончику, сильно пошатываясь и глядя перед собой пустым, затуманенным взглядом. Было ясно, что он практически не контролирует свои действия. Сердце моё забилось чаще. Я напрягся, стараясь не подать виду, и замер в полумраке тамбура пивной, за мутным стеклом двери, изображая случайного гостя, задержавшегося у выхода.

Вдруг, неожиданно и резко, из-за угла показалась неприметная, каких сотни, серая машина без номеров, стремительно приближаясь к крыльцу. Тонированные стёкла отражали тусклый свет фонарей, и казалось, что машина буквально растворяется во мраке ночи, сливаясь с её фоном.

«Вот оно!» — пронеслась тревожная мысль.

Мышцы напряглись, дыхание стало глубже. Я чётко понял: сейчас они будут забирать Ваню, и у нас будет единственный шанс накрыть этих подонков. Время замедлилось, я приготовился действовать быстро и безошибочно, ощущая, как адреналин хлестнул по венам, готовя меня к решительному рывку. И тут Мехельсон неожиданно бросился к машине, замахал руками.

Вот сука! Слинять решил! Обманул, падла!

Но машина даже не остановилась.