Прекрасная буря

Жаклин подождала, пока его шаги за дверью затихнут, потом перевернулась, подтянулась к краю кровати и встала на ноги. По крайней мере, он не связал ей ноги. Этот идиот мог бы просто ответить на ее вопросы, вместо того чтобы так с ней обращаться!"

"Жаклин сверлила взглядом дверь, ей хотелось закрыть щеколду так, чтобы они никогда не смогли войти в каюту. Но щеколда была слишком высоко, со связанными руками девушка до нее бы не дотянулась. Так что ей не оставалось ничего другого, кроме как сидеть в неудобной позе на стуле Дэймона и сверлить взглядом дверь в расчете на то, что он получит мгновенный заряд ненависти, как только войдет в каюту.

Однако до этого момента прошло довольно много времени. И когда капитан вошел, все, что он сделал, это только поцокал языком в ответ на ее испепеляющий взгляд. За его спиной стоял Жаки с подносом с ужином, но, увидев, что происходит, он тут же ретировался.

Дэймон запер дверь и сказал:

– Морт иногда ведет себя по-дурацки, но и ты, по его словам, столько натворила, что, может быть, одного синяка под глазом на сегодня хватит?

Учитывая головную боль из-за перетянутых волос, Жаклин не согласилась бы с этим предложением, но у нее во рту все еще был кляп, и из-за боли она не могла даже покачать головой.

– Приношу извинения за моего друга. В его распоряжении было мало способов обеспечить твое молчание. Этот, наверное, показался ему самым безвредным… честно говоря, я не уверен, что Мортимер понял, что делает, затягивая этот узел. Потерпи пару минут, я его развяжу.

Этот процесс занял больше времени, чем Дэймон рассчитывал, так как он старался быть как можно более осторожным и не вырвать волосы девушки.

– Значит, Морт теперь в твоем списке смертников? – спросил он.

Жак откинулась на спинку стула и принялась массировать затекшие запястья.

– В соответствии с принципом «око за око, зуб за зуб» мне придется вырвать все его волосы.

– Не совсем честно, – засмеялся он, – разве синяка под глазом недостаточно?

– Возможно.

Дэймон обошел бюро, встал с другой его стороны, наклонился к ней и спросил:

– А будет ли это достаточной расплатой для меня?

– Абсолютно нет! – Девушка громко фыркнула. – Список твоих прегрешений слишком велик. Тебе полагается виселица, как минимум.

– Что же может быть хуже? – поднял он бровь. – Я думал, мы уже с этим покончили.

– С чего ты взял? – спросила Жаклин притворно-сладким тоном.

– Если бы ты хотела со мной покончить, Жак, ты бы не целовала меня так страстно.