Прекрасная буря

Это путешествие на Карибы было настолько потрясающим, что теперь приходится страдать от скуки. Меня больше ничто не интересует.

– И только-то? Ты страдаешь просто от скуки?!

– А от чего еще?

Джудит плюхнулась на кровать и рывком подняла Жаклин, чтобы та села рядом.

– Ну, не знаю. Может быть, ты врешь, что не влюбилась в пирата?

– Ничего подобного! Хотя иногда… я чувствую… я даже не знаю, как это назвать. Я страдаю!

Жаклин не могла заставить себя открыться перед подругой, сказать, что ее волнует то, что Дэймон, возможно, никогда ее не любил и в самом деле просто использовал для того, чтобы заручиться поддержкой ее отца.

– И плачешь? – продолжила допрос Джудит.

– Не глупи, Джудит, ты знаешь, что я не плачу!

– Однако люди не страдают от скуки…

– Я могу! – прервала ее Жак.

– А вот влюбленность, – невозмутимо продолжила кузина, – может заставить человека страдать. По ряду причин. Первая – разлука с предметом любви. Вторая – если человек испытывает сомнения в чувствах любимого. Или, если он думает, что любимый не испытывает к нему таких же чувств… это в сто раз хуже, чем первые две причины.

– Джудит! – снова прервала ее Жаклин, – мы говорили обо мне, а не о тебе. И кстати, я поражена, ты не забыла трудности вашего с Натаном романа? Ведь вы поженились и теперь абсолютно счастливы!

– Именно поэтому я и могу вспоминать те тяжелые времена сомнений, смеясь.

– У меня нет никаких сомнений, и мои страдания совсем не имеют отношения к влюбленности. Мне просто скучно!

– Разумеется, кто бы не заскучал, лежа целый день в постели, как ты.

– Чушь! Мать никогда не устраивает никаких приемов, разве только для родственников. И она никогда, никогда не давала балов!

– Так вот теперь собирается, – улыбнулась Джудит. – Сейчас она в кабинете отца занимается составлением списка приглашенных.

– Но с какой стати?

– Я же тебе сказала – чтобы выманить тебя из постели.

– Бальный сезон закончился, – фыркнула Жаклин.

– Это означает, что дебютантки отправились домой или устраивают приемы по поводу помолвок.

– Только не для мамы, – настаивала Жак. – И кроме того, папа этого не одобрит.

– Неужели ты думаешь, он будет ссориться с Джорджиной по этому поводу? Она так счастлива, что ты, наконец, вернулась домой в добром здравии! Твоя мать хочет видеть счастливой и тебя.

– Ну, не могу сказать, чтобы она была так уж счастлива.