Прекрасная буря

В прошлый раз Жаклин хотя бы швыряла в него тарелками, пока Эндрю не убедил ее, что ей стоит поберечь силы для побега.

Вспомнив об этом лже-родственнике, перед которым она была в неоплатном долгу, Жаклин спросила:

– А как поживает этот актер, друг Кэтрин?

– Мы высадили его в Англии.

Прежде чем он повернулся и сел за стол, она заметила на его лице мимолетную гримасу.

– Вы наказали его за то, что он мне помог? – с упреком спросила Жаклин.

– Я – нет.

– Значит, отец Кэтрин? Любитель тех «кошек», которые с девятью хвостами? – побледнела она.

– Какого черта ты-то об этом знаешь?

– Мы подозревали, что ты работаешь на Пьера Лакросса.

И моя тетушка Габи видела своими глазами, на какие ужасы способен этот злодей. Так ты все-таки работаешь на него?

Ей хотелось, чтобы ублюдок это подтвердил. Даже ее отец, который был практически в этом уверен, все же хотел, перед тем как отправиться в логово пирата, получить подтверждение, посетив тюрьму на Ангилье.

Однако мерзавец сказал только:

– Эндрю нуждался в медицинской помощи, так что мне пришлось нанять доктора. Я надеюсь, что он в результате выздоровеет, потому что в конце плавания он был уже способен сойти с корабля без посторонней помощи.

– Ты намекаешь на то, что ты его спас?

– Тебя это удивляет?"

"– Меня удивляет только то, что ты пытаешься убедить меня в том, что способен на сострадание.

– Хорошо, я уверен, ты мне поверишь: Эндрю уцелел не по моей воле, хотя в итоге и я приложил к этому руку.

Жак не верила, что он помог Эндрю, но она не сомневалась, что за то, что Эндрю помог ей сбежать, он был жестоко наказан. Девушка поморщилась, представив себе, как кнут гуляет по его спине.

Хорошо, когда-нибудь она вознаградит Эндрю сторицей. А пока у нее стоит задача разобраться с ублюдком.

– Похоже, ты опять погрузилась в кровавые мечты?

– Разумеется, и ты в них присутствуешь! – парировала она, глядя на его улыбающееся лицо.

– Твои мысли так легко прочесть, Жак!

Сам он был орешком покрепче. Ублюдок обращался с ней так галантно, что это можно было объяснить только тем, что он был ею очарован, но это полный абсурд. Впрочем, в прошлый раз он вел себя так же. Тогда ублюдок уверял Жаклин, что отпустит ее после обмена.

Сейчас он даже не упоминал об этом. Вероятно, этот мерзавец понимал, что везет ее на верную смерть. Неужели он мог при этом веселиться? Неужели он все-таки был таким же прожженным негодяем, как его хозяин?

Жак отбросила эту мысль. Ей не хотелось об этом думать. Если бы она была в этом уверена, то никогда бы не смогла заснуть в той же каюте, что и он. Если бы она не рассчитывала изменить ситуацию в свою пользу, ее ожидало бы невероятно долгое путешествие. Ей нужно разузнать о нем побольше.