Помощница лорда Хаксли

Вряд ли меня похитили для того, чтобы полюбоваться моими прекрасными глазами! Нет, тут явно что-то другое.

– Вы не волнуйтесь, госпожа, – продолжал говорить эрх. – Зирта не опасна. Скоро все недомогания пройдут, вам просто нужно выпить воды.

– Значит, меня похитили и привезли в Гирху, – пробормотала, не обращая внимания на уговоры, и спросила: – Но зачем?

Я нахмурилась, пытаясь сосредоточиться, и расстроенно вздохнула. Ничего не вышло. Попробовала дозваться своих подопечных, но боль в висках усилилась, и это заставило меня остановиться.

– Вам не нужно беспокоиться, госпожа, – принялся уговаривать эрх.

Ветер донес запах дыма, аромат жарящихся на масле мясных лепешек, и я поняла, что где-то неподалеку расположена гирхская деревня.

– Вы можете объяснить, зачем я здесь? – Поднявшись на ноги, спросила эрха.

– Вирду, оставь нас, – послышался властный голос, и я увидела знакомого жреца.

Старик появился будто из ниоткуда. Мне даже показалось, что он вырос из ближайшего бархана, соткавшись из тысячи песчинок, но это же не могло быть правдой? Или это и есть та самая зирта?"

"– Рад приветствовать тебя, самира Аделия, на благословенной земле Гирхустана, – тихо сказал жрец, и в его надломленном голосе мне послышался шорох пустыни и завывание самума.

– Здравствуйте, – вежливо сказала в ответ, понимая, что истерика ничего не даст. – Вы можете объяснить, почему меня похитили?

– Нет, самира, тебя не похитили. Когда все закончится, ты сможешь вернуться в Уэбстер, – спокойно сказал жрец. – Но сейчас мы просим тебя о помощи.

– Что закончится? Чего вы хотите?

Я изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но в душе все сильнее звенела тревога.

– Тебя выбрали духи. И ты можешь провести ритуал Аш-шавари, – ответил старик. – Мы думали, женщин из рода Ашту больше не осталось. Но твоя душа откликнулась на зов камня, и духи услышали тебя.

В памяти всплыл недавний сон, в котором в полной темноте пустыни со мной кто-то говорил на неизвестном языке. Правда, я тогда не поняла ни слова, а очнувшись, сразу же об этом забыла. А вот сейчас почему-то вспомнила.

– О каких жрицах вы говорите?

Голова все еще болела, и я поморщилась.

– Выпей, самира, – тихо сказал жрец и поднял с циновки кувшин.

В усталых глазах жреца не было лжи. Я отпила глоток, решив, что глупо отказываться от воды, когда умираешь от жажды.

– Ты очень похожа на свою мать, – наблюдая за мной, с едва уловимой тоской сказал старик. – У Лиссандры были такие же глаза – зеленые, как вода в Сарнийском канале.

– Вы знали мою маму? Но откуда?

Я едва не поперхнулась.

– Она жила здесь, в Гирхе. Последняя жрица из рода Ашту. Единственная женщина из жрецов ритуала.