Притяжение

Тара

Музыка в голове усиливалась, становилось радостной, торжественной, но не заглушала мысли. Она была словно дополнение к сцене кинофильма, участницей которого я невольно стала. Изменить я уже ничего не могла. Я не слышала, но точно знала, что именно в этот момент команда поднимает на поверхность последние камеры. И как только все дайверы окажутся на поверхности, свод провала навсегда закроется.

Я продолжала плыть вперед, словно загипнотизированная, ни о чем не беспокоясь. Яркие сферы послушно расступались, когда я к ним приближалась и, казалось, показывали дорогу.

Вокруг разливалось всепоглощающее спокойствие.

Я прошла первый зал, второй, третий, как будто была здесь уже много раз и знала, куда плыву. И знала, что увижу. Узкий туннель, соединяющий два зала, уже не пугал. Я шла туда спокойно, без разведки. Дрон остался где-то позади, не сумев преодолеть последний барьер. Чем дальше я плыла, тем больше радовался симбиот в моем теле. И только сейчас, прислушавшись к его переживаниям, я поняла, почему он радовался. Тахар возвращался домой. В голове вдруг возникла яркая вспышка и чужие воспоминания.

Река, юная таркаи стоит по пояс в воде. За ней наблюдает невидимое существо. Невидимое, но такое же древнее, как Таркай. Тахар влюбился в таркаи давно. Еще в те времена, когда она была ребенком. Он часто возвращался в реку понаблюдать за ней. Но в ту ночь все изменилось.

Он увидел бандитов, которые крались к реке. Чувствовал их недобрые намерения, пытался ее предупредить. Но она не слышала. Не могла услышать. И тогда, влюбленный Тахар сделал то, чего делать был не должен. Он сделал ее своим носителем. Он ее спас. Жестоко расправился с несостоявшимися насильниками.

Воссоединился с любимой и прожил с ней долгую жизнь. Вот только в тот вечер он на долгие века потерял свой дом.

Каждая следующая носитель Тахара была для него шансом вернуться домой. Но шли столетия. Планета менялась. Женщины менялись. Проходили воины и перемирия. Симбиота тянуло домой, но он никак не мог туда попасть. Он глушил тоску в заботе о носителях и лелеял надежду о том, что скоро найдет ту, которая вернет его домой. И каждый раз ошибался.

Почувствовала, как глаза защипало от слез.

Плакать в маску – такое себе удовольствие. Запустила в маску воду, чтобы смыть горячие слезы и вдруг вспомнила тот момент, когда меня заинтересовал океан. Момент, когда я впервые захотела опуститься под воду. Когда вода стала моей страстью. Это случилось после того, как я украла стеклянную слезу из бабушкиного комода.

Я поняла, что это желание в маленькой девочке пробудил Тахар. Пробудил, а потом оставил ее, чтобы она выросла и окрепла. Чтобы смогла вернуть его домой. В этот момент симбиоту стало стыдно.