Ренессанс

Джером неотрывно следил за вошедшими. Скэриэл не обратил на меня никакого внимания и продолжил:

– Рой, ты…

– Заткнись, – процедил тот самый Рой и грубо бросил Скэриэла. Тот завалился набок, глухо стукнувшись о грязный пол.

– Жак сказал поторопиться, – произнёс второй мужчина.

В руке у него блеснул нож. Он присел на одно колено, повернул Скэриэла – и не раздумывая вонзил лезвие ему в грудь.

– Нет!!!

Я закричал одновременно с Джеромом. Скэриэл низко застонал, дрожа всем телом.

– С Тони шутки плохи. – Рой присел рядом на корточки и брезгливо похлопал Скэриэла по щеке. – У Жака нет времени на тебя, но он просил передать вот что. – Парень громко плюнул на Скэриэла и проговорил: – Умирай медленно и мучительно, предатель. Ты это заслужил.

Второй надавил на лезвие ножа, продолжая пытку. Скэриэл шумно дышал, стискивая зубы, но больше не стонал.

– А с этими что? – поднявшись и заметив нас, спросил Рой.

Мы с Джеромом не могли оторвать испуганных взглядов от Скэриэла. Он медленно, из последних сил лёг полубоком, чтобы не задеть рукоять ножа.

– Просто закроем их, – махнул рукой второй. – Подохнут тут без воды и еды.

– Стойте! – завопил я, но они, не оглядываясь, грузно поднялись по ступенькам и затворили за собой дверь.

– Скэриэл? – неуверенно позвал Джером.

– Я сказал тебе бежать, – отрывисто проговорил он. Под ним уже растекалась маленькая кровавая лужа.

– Я бежал, – оправдывался Джером. – Но у самой дороги нас перехватили…

– Плохо дело, – тише произнёс Скэриэл. – Я не хотел, чтобы всё закончилось так.

– Скэриэл… – мой голос предательски дрогнул.

– Готи? – то, с каким сожалением он произнёс моё имя, заставило сердце болезненно сжаться.

– Я тут… – в глазах стояли слёзы. – Что можно сделать? Скэриэл, пожалуйста, держись, мы что-нибудь придумаем.

– Тебе эта поездка запомнится. – Собравшись с силами, он повернул голову в мою сторону и тепло улыбнулся. – Прости, что так вышло. Я этого не хо… тел…

Он замолчал, дыша всё тяжелее.

– Скэр?! – позвал я вновь и посмотрел на Джерома: он был напуган не меньше меня. – Что нам делать?

– Я… я не знаю, – растерянно ответил Джером.

Скэриэл не двигался. Кровь всё текла. Нет. Нет. Нет. Сколько он так протянет?

– Скэриэл? – окликнул Джером.

Нет.

Я кричал, тянулся к нему, но из-за чёртовых наручников не мог приблизиться ни на шаг. Лампочка часто мигала, вот-вот готовая потухнуть и оставить нас троих в темноте. Джером застыл, словно смирился с неизбежным; на его лице застыло безграничное отчаяние: брови надломлены, рот испуганно приоткрыт. Он немигающим взглядом смотрел на Скэриэла, как будто боялся, что, если моргнёт, тот исчезнет.