Секс-няньки по соседству

Ну не дура ли? Но самое главное не то, что делает Ренат, а то, куда он смотрит. Что? На грудь!

Вот идиотка! Вытащила, а обратно запихнуть забыла. Вот такие мы девочки, забывчивые. А мужикам лишь бы увидеть оголенный участок нашей плоти. Совести у него нет. Мог бы и отвернуться. Ради приличия.

Резко, гордо оправляюсь, даже не собираюсь поправлять ничего при нем, и слышу весьма сексуальную хрипотцу, от чего акцент Рената становится заметнее. Очень эротично. Запредельно.

— Ты что-то потеряла…

Рамки приличия. Нормы морали. Учебник по этике не одолжите? Это точно.

— Ты ошибся, — в наглую вру я и выпаливаю. — Я была тут и… занималась важными вещами. А ты мог бы и подождать за дверью.

Он охватывает взглядом мое тело, обволакивает мужской энергетикой, запахом с примесью мятного геля для душа. Поджимает упрямые губы, которые хочется сделать мягче. Разгладить, поцеловать.

Хочется стереть с его лица вечно угрюмую, безразличную маску. Языком."

"В миг я понимаю, что он не верит. Он же не дебил. Понимает, осознает и собирается разобраться, о чем говорят его сузившиеся, засверкавшие огнем глаза.

А мне страшно, потому что таким я его не видела никогда. Грозным как туча, напряженным как натянутая до предела струна.

— Я бы мог помочь тебе с… важным делом, — с прерывистым выдохом говорит он и грубо толкает меня в комнату.

Делаю замах рукой, чтобы этот придурок получил за свою наглость, но не успеваю. Даже подумать не успеваю.

Он перехватывает руку, оскаливается и резко заворачивает ее за спину. Двигает меня не к кровати, как я думала, — размечталась, ага —, а к комоду в углу комнаты.

— Ты что творишь?! — дергаю я телом, но он пинком раздвигает мои ноги и, прижимая одной рукой поясницу, шмякает меня грудью о твердую поверхность.

Второй без стеснений забирается ко мне в трусики. Слишком грубо. Дикарь хренов. Я стою с широко раздвинутыми ногами, ошалевшая подобным обращением к себе.

— Что ты творишь? Прекрати! — кричу я снова, а про себя шепчу: «Только не останавливайся».

Все, кабздец. Когда мозг с желаниями не в ладах, можно вызывать дурку.

Но не помогать же ему, не показывать, как на самом деле мне это нужно. Как он мне сейчас нужен. Его такая жесткая рука в моих шортиках.

Ренат замирает на несколько секунд, а потом шепчет на ушко, обжигая свежим, мятным дыханием.

— Помогаю с важным делом. Не видишь? Мы же не может позволить, чтобы из-за моего появления ты его не… кончила.

Господи. О, мой бог.

Ну откуда это во мне? Ведь я правильная. Хорошая. Но это условие отца и эти двое взрослых мужчин вскрыли ящик Пандоры.

Как бы не вскрыли меня такими темпами.

Теперь им придется столкнутся с темной силой, что я прятала в себе так долго. С темными, порочными желаниями, что я скрывала даже от себя.