Сергей (СИ)

Она больше не улыбалась ему. Свет и доброта пропали. Это огорчало и нервировало, и в то же время он прекрасно понимал, что другого ожидать и не следовало. Смешной россыпью скобочек можно только любоваться, собрать и забрать их не получалось. Птичка в клетке не пела.

Шли в тягостном молчании. Первая прервала тишину Даша.

— И куда сейчас?

— Подвезу тебя домой.

— То есть это будет не сегодня?

— Нет.

— А когда?

— Не знаю, — задумчиво ответил Сергей, — может, вообще никогда.

Подойдя к остановке, она не пошла дальше.

— Я сама доеду, — подняла на него слегка раскосые глаза и, потянула за руку, — знаешь что, Серый волк. Волки не должны обижаться на зайцев. Просто ни один заяц не мечтает, чтобы его съели, — и улыбка снова растеклась у нее на лице, обнажая ряд мелких ровных зубов.

Глава 4

— Ты что такой косой и дерганый? — Славка, закинув за голову кий, наблюдал за игрой друга.

— Что?! — рявкнул в ответ Серёга. — Я вообще, нах, никогда не умел играть в эту хрень и не хочу, — кий полетел в конец стола. — Катай сам свои шары!

Славка усмехнулся:

— Иди свои покатай. Совсем моча в голову вдарила. Псих.

Сергей показал ему один из пальцев и покинул зал."

"Только вышел — телефонный вызов. Собеседник так же попал под горячую руку:

— И что? Мне сейчас все бросить, сорваться и ехать в эти гребеня? — заорал он. — Нормально я разговариваю… Нет, не как с пацаном… Нет… Да, все уже понял… — сбавил гонор, быстро успокоившись.

Это был тот человек, от которого за разговор, как с пацаном, ему теперь предстояло отгрести по полной. А ведь мало кто вообще в этом городе имел свободный доступ с ним хотя бы просто поговорить, а уж, чтобы осмелиться нагрубить — это вообще надо быть камикадзе. Сорвался Сергей зря — это он хорошо понимал. Но всё бесило. Всё. Еще и с Дашкой он совершенно не знал, что делать. Дашка реально была зайчиком — маленьким, добрым, пушистым зверьком. Ему нравилось с ней разговаривать. Глупо, но он обожал слушать ее веселую «ниочемную» болтовню. Часто мог даже не вслушиваться в нее, а просто наслаждаться смехом и зачарованно глядеть на ее улыбку с мелкими ровными зубками. И вот в такие моменты, естественно, ему до зуда хотелось ее поиметь. Просто взять и просто трахнуть. Погрузиться в теплоту, искупаться в нежности, слизать с губ смех и выпить всю доброту. До конца. Понимал, что блажь, но ничего не мог с собой поделать. Что это за игрушка, если ее невозможно взять?

Но беда в том, что как раз взять-то он ее и не мог. Если взять то сразу все исчезнет и смех, и тепло, и доброта. И что ему с ней с такой делать? Зачем она ему такая будет нужна? Сломается игрушка. Как быть? Как поступить?

После той первой встречи он пару раз еще заезжал к Дашке.