Сезон охоты

Даже мне, «малому», это понятно!

Я замолкаю, но про себя продолжаю говорить всё то, что хочу очень давно ему высказать: что его не уважают офицеры, что он слабый, капризный, извращённый и… тупой обдолбыш!

– Наследника? Тогда я сам порешу его, как только подрастёт, – прищуривается он на Галу. – Но других наследников, кроме меня, не будет.

Артур кистью изображает пистолет, прицеливаясь в голову Галы указательным пальцем.

– А может, и раньше решу этот вопрос, – изображает выстрел. – Бах…

Гала вздрагивает.

– Я стрелял в мишень на двери… А ты случайно оказалась за ней… Мне очень жаль!

Гала молчит, с ненавистью взирая на него.

– Моя семья, Артур, – напоминаю я, – в этом случае потребует твою голову. Начнётся бойня. И ваших, и наших покрошат в мясной салат. А пировать на трон сядет какая-то из более слабых семей. Ты же не можешь этого не понимать? А беременная Гала – гарант твоей безопасности.

– А мне всё равно. Я люблю мясной салат. Мясной салат мне!! – капризно кричит он в сторону кухни. Разворачивается и уходит в свои комнаты.

Что это сейчас было? Угроза? Он вполне способен осуществить её. Особенно, если будет под кайфом.

– Иван-дурак, – вздыхает Гала.

– Почему?

– Кто же такую правду врагам в лицо говорит?

Числится за мной такой косяк – говорить врагам всё в лицо.

– Тебе нужно уезжать, Гала.

– Мара сказала – рано. Нужно ждать, пока… я забеременею.

– Не думаю, что он способен зачать.

– А он тут ни при чём…

– А? – взлетают мои брови.

– Собирайся, брат. Игорь ждёт.

* * *

Обвожу глазами собравшихся. Офицеров из нашей семьи нет, только приближённые Игоря Васильевича. Дискриминация… Вопрос-то общий!"

"Игорь внимательно смотрит на… Кажется, Вадим.

Правая рука того самого Сергея, что привёл Мару. Включаю айпад, делаю несколько фоток с разных ракурсов, загружаю его лицо в базу. Новая программа по распознаванию лиц виснет. Слишком большая база, чтобы айпад вывозил. Даже мой прокачанный комп с тройной оперативкой тратит минут по двадцать, а то и по часу, чтобы обнаружить совпадения в мировой сети видеокамер.

Фотаю следующего офицера, сидящего за столом, ловя с нескольких ракурсов. Морщится. Им всем инстинктивно это не нравится. У них в подкорке, что фотография, запись – это плохо.

Это палево! И я им не нравлюсь тоже. Я не такой, как они. И никто меня своим не воспринимает. Больше, чем я, не нравится всем только Артур.

– Значит, она жива… – задумчиво покручивается в кресле Игорь Васильевич.

Застываю, переводя взгляд на Игоря. Откуда такая информация? Нет, я-то в курсе. У них откуда?

– …Марена Богдановна Ярцева. У неё база на Телецком. Мы сначала думали, что опечатка, и имя – Марина, но…

Слушаю краем уха. Это всё я знаю. Фотаю Артура.

– Меня зачем? – раздражается он, перебивая Вадима.