Сладость для двух Альф

И в этом мире, и в царстве сновидений. Лишь наутро удаётся провалиться в лёгкий сон. Но выспаться точно не получится…

Ведь наша истинная начинает хулиганить. Она пихает меня в бок, закидывает ножку на Наиля. Раскидывает руки. И её грудки покачиваются в такт движениям. Розовые сосочки бесстыдно встают и манят нас со зверем.

Член тут же напрягается.

– Я её трахну сейчас, – рычу, когда наша истинная вдруг хватается за мою мужественность."

"Начинает дрочить. Распахивает бёдра. Её вторая рука гуляет по прессу Наиля. Он напряженно смотрит на Алину.

– Спит… – выдаёт, затем аккуратно убирает её ладонь, но она тут же хватается за его член.

– По-моему, нас почти взяли за яйца, – улыбаюсь, затем кладу ладонь на её живот, – давай, брат, она этого хочет…

– Она спит, – сдавленно шепчет он, но я вижу, как Наиль напряжен.

– Прекрати сдерживаться. Это наша истинная. Она рождена для наших членов.

– Но где метка?

– МММ! – Алина вдруг переворачивается, отпускает мой член и заползает на тело Арзанова.

Он кладёт руки на её бёдра, стискивает. А она стонет.

– Ты нужен её девочкам, брат, – ухмыляюсь, затем встаю, – пойду пока схожу в душ. Нужно охладиться перед сегодняшним визитом Власова. Общаться с ублюдком нужно с холодной головой.

– Наиль… – стонет наша малышка в полусне, – ммм…

Под жаркий аккомпанемент её стонов я скрываюсь в душевой. Нужно дать этим двоим побыть наедине. А то я эгоистично забрал Алину себе. Подхожу к зеркалу.

Разворачиваю запястье и вижу метку истинности. Сжимаю и разжимаю пальцы.

На теле девушки я ничего не нашел. У Наиля метка тоже проявилась уже давно. Это стало причиной того, что ни одна женщина больше не попадала в наши постели.

Ведь истинность – это навсегда.

– АХ! МММ! ААА! Наиль! – слышу громкие стоны, мой член тут же принимает боевую стойку.

– Блядь… ну нельзя так сексуально стонать, – выскакиваю из душа и моему взору открывается прекрасное зрелище.

Глава 12

НаильЯ очень долго ждал. Кажется, целую вечность. Почти каждый вечер наблюдал за своим ангелом. Как она училась. Гуляла. Тусовалась со всякими…

Как грустила у окна редкими ночами. И мне хотелось прижать её к груди. Приласкать и успокоить. Но я не мог. А сейчас она вся передо мной.

Алина звала меня во сне. Теперь трется об меня своей грудью и жарко стонет. Моя истинная…

Заваливаю девчонку на спину, нависаю сверху. Алина окончательно просыпается. Хлопает пушистыми тёмными ресницами. Сначала удивлённая. А затем…

– Привет, – говорит тихо и облизывает губы, – а ты мне снился…

После этих слов, сказанных томным, призывным голосом, я бросаюсь на Алину. Весь самоконтроль к черту. Впиваюсь в губы, о которых так мечтал. Играю с шаловливым язычком.

– АХ! МММ! ААА! Наиль! – стонет, выгибается.