Сохраняя веру

Я считаю до десяти, делаю три глубоких вдоха и, приоткрыв щелку, вру:"

"– Через шестьдесят секунд здесь будут копы, и вы отправитесь в тюрьму за незаконное проникновение на частную территорию.

– Сомневаюсь, – возражает женщина и, взяв блокнот с диктофоном в одну руку, протягивает мне вторую. – Я Кензи ван дер Ховен. На время тяжбы суд назначил меня опекуном вашей дочери.

Я закрываю глаза, мечтая о том, чтобы, когда их открою, этот эпизод оказался сном и обруганная мной Кензи ван дер Ховен не стояла перед моей дверью.

– Миссис Уайт, я бы хотела с вами поговорить.

– Зовите меня Мэрайей, – слабо улыбаюсь я и со всей любезностью, на какую только способна, приглашаю ее войти.

– Вера здесь. – Я провожаю назначенного судом опекуна в гостиную, где моя дочь смотрит телевизор в награду за то, что сделала задание по математике, которое я сама ей дала.

Мама сидит рядом на диване, рассеянно поглаживая Верины волосы.

– Вера, – бодро начинаю я, – это миз ван дер Ховен, она проведет с нами некоторое время. Миз ван дер Ховен, это моя мать Милли Эпштейн.

– Очень приятно. Можно просто Кензи.

– А это, – добавляю я, – Вера.

Кензи ван дер Ховен зарабатывает в моих глазах несколько очков, когда опускается на корточки рядом с Верой и тоже смотрит на экран:

– Мне нравится Артур. А еще больше – Дора Уинифред.

Вера осторожно прячет под себя заклеенные пластырем ручки.

– Мне она тоже нравится.

– А ты видела серию, где они на пляже?

– Да! – Вера внезапно оживляется. – Ей еще показалось, что в воде акула!

Обе смеются.

– Было приятно познакомиться, Вера. – Кензи встает. – Может, мы с тобой еще поболтаем попозже.

– Может быть, – отвечает Вера.

Я провожаю Кензи на кухню и предлагаю ей кофе. Она отказывается.

– Обычно Вера не смотрит телевизор помногу. Максимум два часа в день, канал «Дисней» или Пи-би-эс.

– Мэрайя, я хотела бы сразу прояснить: я вам не враг. Моя задача – просто удостовериться в том, что Вера попадет туда, где ей будет лучше.

– Я знаю. И кстати, обычно я… не так встречаю гостей. Просто сегодня нет полицейского, который нас охраняет, и…

– Вы проявляете осторожность. Это понятно. – Кензи внимательно смотрит на меня и показывает мне диктофон. – Вы не возражаете? Я должна подготовить отчет, а для этого разговор лучше записать, чтобы ничего не забыть.

– Пожалуйста. – Я сажусь напротив нее за кухонный стол.

– Что, на ваш взгляд, судья должен знать?

Я отвечаю не сразу. Несколько лет назад мне хотелось сказать очень многое, но никто не желал слушать.

– А он меня выслушает?

– Надеюсь, что да, Мэрайя. Я уже довольно давно знаю судью Ротботтэма. Он всегда рассматривает дела справедливо.