Развод. Вспомни, как мы любили

 — И, возможно, у нее есть еще несколько вариантов.

Глава 47. Постепенно

— Маш, — Виктор тяжело вздыхает.

— А чо я? — хлопаю глазками. — Я ничо.

А сама все смотрю и смотрю на Виктора в ожидании запоздавшей ревности по поводу Ларисы. Или разочарования в себе.

Хотя мой бывший муж не из таких. Он в себе очень уверен, и то, что любовь любовная нашла утешение в другом мужике, его совсем не поцарапает.

Хотя, наверное, Ларисе бы хотелось, чтобы Виктор сейчас почувствовал себя униженным.

Черта с два.

Сидит и чай пьет.

— Маш.

— Как ты думаешь, кто это был? — откидываюсь назад.

— А ты машинку успела заценить? — Виктор вскидывает бровь, и тут его глаза темнеют. — Что еще заценила?

— Ну, серьезно, не бедный мужичок, а еще у него… часики.

— Часики?

— Ага.

— Как ты смогла увидеть часики с такого расстояния?

— У меня хорошее зрение.

Молчание, и я шепчу:

— Интересно, женат?

Виктор смотрит на меня и задумчиво поглаживает подбородок:

— Хочешь вступить в борьбу за статусного самца? — щурится.

— Лариса у меня мужа увела, а у нее пузанчика с часами в стоимость квартиры, — пожимаю плечами и взгляда от Виктора не отвожу.

— Какая же ты стерва, Машуль, — Виктор хмыкает и не моргает. — Но я думаю, получится… Однако, — делает паузу и продолжает, — мне заранее жаль этого пузанчика.

— Почему?

— Ты же его изведешь, что ему надо худеть. И сдохнет он у тебя на беговой дорожке, — мягко ухмыляется.

— Ну… — печально вздыхаю. — От пуза бы ему надо избавиться. И такое пузико — признак лени. И низкого тестостерона.

— Да?

— Да, — веду плечом. Молчу и говорю, — блин, я бы его точно довела до смерти на беговой дорожке.

— А я вот продолжаю бегать по утрам, — Виктор проводит пальцем по краю чашки, — в спортзал хожу. Держу в норме свой тестостерон.

Как-то жарко становится, и я сглатываю. Это не ускользает от внимания Виктора, который приподнимает бровь.

— Прекрати.

— Что именно?

Он подхватывает чашку, подносит ее к губам, на которые я опускаю взгляд, и делает медленный глоток.

Он чашечку с синими васильками на бочках, можно сказать, бессовестно целует.

— Ладно, — сдуваю локон со лба, — давай ближе к телу… — пауза и тихо поправляюсь, — к делу.

— Какая оговорочка, Маша.

— Блин, Вить, — я поджимаю пальцы в сапожках, чтобы немного отрезвить себя. — Харе тут на меня своим тестостероном дышать.

— Ты на меня тоже чем-то дышишь.

За окном, у которого мы сидим, продолжает падать снег. Мимо проходит официантка с меню, за соседним столиком смеются девочки-студентки, а мы с Виктором продолжаем смотреть друг другу в глаза.

И дышать друг на друга напряжением, которое вырывается из нас с каждым ударом сердца.