Суженая

Ничего такого шаман не говорил, но в душе чувствовала смятение и неуверенность. Однако в правильности своего поступка ни разу не сомневалась.

Наконец-то всё закончилось, я отдала кровно заработанные деньги без сожаления. И теперь мы шли в направлении столбов.

Алиса несла в руках уже знакомую ленточку, не обращая ни на кого внимания, словно важнее миссии в её жизни не было. Следовала за ней, как за предводителем. Марк немного отставал, снимая и фотографируя виды, потом задержался, покупая сувениры и ленты. Мы не стали его ждать, догонит, потеряться здесь невозможно. Любопытно, какую же ленту выберет он? На подходе к священному месту у подножья горы Шаманка висело предупреждение о том, что здесь очень сильная энергетика и детей сюда приводить нельзя. Удивительно, что такое бывает и воспринимается всеми абсолютно серьёзно. Мне тоже было не до шуток, погрузившись мыслями в своё прошение к духам, завязывала ленту. Пронизывающий насквозь ветер на пустыре не давал сделать дело быстро. Очень долго возилась, создавая очередь, что немного сбивало с мыслей. Аккуратно повязав ленту и множество раз мысленно произнеся своё прошение во всех вариантах, отошла, чтобы оценить работу. Сзади в этот момент подошёл Марк. Смутилась, потому что не хотела ему показывать, насколько серьёзно я всё воспринимаю. Он же многозначительно смотрел на мою аккуратно завязанную ленточку.

Молча уступив ему место, стояла и наблюдала. Очень уж хотелось увидеть цвет его желания. Красная атласная лента прекрасно видна была из-за его спины. Какое-то ликование постигло моё сердце. Ну вот же он, бери и люби его. Он хочет любви, я хочу любви, что может не сложиться? Я даже прослезилась от переизбытка эмоций. Положив на камень монетки в благодарность духам, мы отправились обратно.

Место и впрямь непростое. Обратно шла, словно выжатый лимон, и никуда идти уже не хотелось. Алиса и Марк пребывали в таком же состоянии, поэтому мы теперь не воображали и со всей группой поехали в свой временный отель. Как только добрались, Марка стошнило прямо рядом с автобусом. И выглядел он, мягко говоря, не очень. Помогли ему дойти до номера, он попросил нас оставить его одного. Положили друга на кровать, но дверь на ключ закрывать не стали, чтобы в случае чего помочь. Не находила себе места от тревоги и не сомневалась, это моя вина. Не могла сидеть на месте и бездействовать.

— Пойду посмотрю за Марком. Переживаю очень за него.

— Ага. Иди, — сказала Алиса равнодушным голосом, а сама, кажется, уже спала. Я сразу помчалась к Марку, несмотря на полное отсутствие сил.

Он был почти без сознания. Набрала в стакан воды, поставила рядом, сняла с него обувь и куртку, укрыла одеялом. Его знобило. Не знала, чем ещё помочь. Разве что не мешать, и, возможно, пройдёт само.