Суженая

Хочешь покажу?

В каждом слове и фразе я чувствовала подтекст, может, потому что сама только об этом и думала.

— Да, сейчас закончишь и обязательно посмотрю, как живут местные холостяки.

— Ничего особенного, всё скромно.

— А ты один работаешь в мастерской?

— Нет, у меня есть напарник.

— А где же он?

— Он был на празднике, только он не в нашей компании, он уже в паре.

— А! Ясно.

Радомир аккуратно размазал какое-то средство по моим коленям, и мне казалось, вот-вот его рука скользнёт вверх, поэтому я едва дышала в ожидании, когда же эта «пытка» наконец-то закончится.

— Ну вот и всё, теперь я буду за тебя спокоен.

— Большое тебе спасибо. Ты, случайно, не работал в медицине?

Он засмеялся.

— Ну как тебе сказать… Что-то типа того. Но даже не спрашивай, не буду распространяться на этот счёт."

"— Ясно. Ну показывай, где тут твоя комната.

Мы вместе вошли в смежную дверь. Комната как комната, одинокая односпальная кровать, совершенно не привлекающая внимания, немногочисленная мебель и художественный беспорядок.

— Здорово. Ну что, пойдём?

И я направилась к двери.

— Ты так торопишься, словно чего-то боишься.

— Просто уже поздно. На улице темно.

— Не переживай, я же тебя провожу. Не спеши, сейчас всё поставлю на место и пойдём.

Стояла как неприкаянная у двери, облокотившись о притолоку, здесь я себя чувствовала в относительной безопасности. Наконец, он закончил, открыл мне дверь, и мы вышли. Снаружи можно было вдохнуть полной грудью.

Медленным шагом мы пошли к дому.

— Хочешь, я зашью тебе рубашку? Конкурс оказался крайне неудачным во всех отношениях, и тебе тоже досталось.

— А ты умеешь?

— Конечно, — не моргнув глазом соврала я. Знала, кто мне поможет, если что.

— Хочу.

— Ладно. Вот мы и будем в расчёте.

Дошли до моего дома. То там, то тут слышались голоса, молодёжь вовсю гуляла. Может, завтра и не будет опять работы, раз все так беззаботно бродят? Было бы неплохо.

Радомир неожиданно прямо передо мной снял рубашку и отдал её. Хорошо, что было темно и ни я, ни он не видели чётко друг друга. Взяла вещь и увеличила дистанцию на всякий случай.

— Обязательно сделаю. До встречи.

— Пока.

Он быстро развернулся и ушёл. Теперь корила и ругала себя за то, что повела себя, как идиотка. Ведь вполне мог случиться поцелуй. Мне кажется, я ему тоже нравлюсь.

Пришла и обречённо легла на кровать вся в растрёпанных чувствах. Пока не понимала, что происходит и почему я одновременно хочу, чтобы Радомир обратил на меня внимание, был рядом, и в то же время боюсь, когда он ко мне приближается.

— Ксюш, у тебя иголка есть?

— А что?

— Мне нужно срочно кое-что зашить. Поможешь?

Она встала.

— Платье, что ли, порвала?

— Нет, рубашку Радомира.

— А! Давай завтра разберёмся. Уже поздно.

— Хорошо. Ты как?

— Нормально. Алис, я хочу спросить.