Сведенные судьбой

Именно это ей сейчас было нужно. Хоть на несколько минут.

Со столика красного дерева, стоявшего тут же, возле софы, Габриель взял хрустальный бокал, в котором плескалась темная жидкость, и без слов поднес бокал к ее лицу, как будто не доверяя ей самой хрупкий сосуд.

Пандора осторожно пригубила напиток. Вкус оказался роскошным: с богатым ароматом слив и ореха — и оставил сладкий жар на языке. Она сделала еще один, долгий глоток, потом забрала бокал из его рук,

— Что это?

— Портвейн. Допивай. — Он обнял ее согнутые колени.

Пандора пила медленно, наслаждаясь теплом, которое растекалось по телу до пальцев ног. За дребезжащими окнами нетерпеливо гудел шторм, вздымая огромные ревущие водяные валы. Но ей было тепло и уютно в объятиях Габриеля, а пламя в камине играло сполохами света.

Из кармана жилета он вытянул сложенный носовой платок и промокнул последние следы пота на ее лице и шее. Отложив его в сторону, Габриель осторожно заложил ее черный локон за левое ухо.

— Я заметил, что ты плохо слышишь этим ухом, — тихо сказал он. — Это часть твоей проблемы?

Пандора захлопала глазами от удивления. Всего лишь за пару дней он узнал о ней то, на что семья, ее близкие не обращали внимания. Они привыкли как к данности, что она рассеянна и невнимательна.

Пандора кивнула:

— Я улавливаю лишь половину того, что слышу правым ухом. Ночью… в темноте… все становится непонятно каким. Невозможно определить, где верх, где низ. Если повернусь слишком быстро, то падаю на пол. И это невозможно держать под контролем, будто какие-то невидимые руки толкают меня.

Габриель приложил ладонь к ее щеке, не отрываясь, с нежностью посмотрел на нее, отчего сердце у нее отчаянно забилось.

— Потому-то ты не танцуешь.

— Я могу справиться с медленными танцами, но не с вальсом. Все эти повороты, кружения… — Она застенчиво отвела глаза и допила последние капли портвейна."

"Он забрал у нее пустой бокал и отставил в сторону.

— Тебе нужно было рассказать мне об этом. Я бы ни за что не позвал тебя на ночное свидание, если бы знал.

— Тут недалеко. Думала, что от свечи будет достаточно света. — Пандора нервно затеребила пояс на фланелевом халате. — Я совсем не рассчитывала, что споткнусь о собственный тапочек. — Она вытащила левую босую ступню из-под ночной рубашки и стала хмуро разглядывать ее. — Я потеряла один.

— Потом найду. — Взяв руку Пандоры, Габриель поднес ее к губам и ласково поцеловал холодные пальцы. — Девочка моя… Что случилось с твоим ухом?

Душа Пандоры воспротивилась перспективе обсуждать это.

Перевернув ее руку, Габриель поцеловал ладонь, а потом приложил к своей щеке. Выбритая кожа была гладкой в одном направлении и мягкошершавой — в другом, как кошачий язык.