Тайна озера Кучум

Навстречу из-под шкур выскочила радостная Ихтыма, улыбнулась мужу, проворно взяла руками повод, стала молча распрягать оленей. Бросила коротко:

— Как тарога?

— Карашо, — ласково ответил охотник, слегка прижимая жену к своему плечу. — Всё ли латно тома?

Ихтыма утвердительно качнула головой и, игриво вырвавшись из его объятий, стала снимать седло с Чигирбека.

— У нас гости, — коротко добавила женщина и качнула головой в сторону юрты Мухоя. — Тебя жтут, ити.

— Хто? — удивлённо вскинул брови Загбой.

— Русские. Каварить хотят.

В нерешительности постояв — куда идти? — он обогнул чум и пошёл к юрте. У входа в жилище отряхнул руками снег и без предупреждения откинул полог."

"Все, кто находился внутри юрты, разом приподняли головы в его сторону. Недолго Загбой приглядывался в темноте с улицы, молча осмотрел сидевших. Шесть человек. В центре — Мухой, радостно улыбается и протягивает ему кружку горячего чая. Справа от него сидит Асылзак. Как только эвенк вошёл, последний тут же вскочил, уступая место рядом с отцом. Слева скрестил ноги Абдин, дальний родственник Мухоя, проживающий где-то в устье долины Хабазлака, неподалёку от большого города русских. Остальные трое — русские. Раньше Загбой с ними никогда не встречался, однако, по законам гостеприимства, всем подал руку для приветствия.

Наконец-то Загбой умостился рядом с Мухоем, с шумом отхлебнул горячего кипятка, удовлетворённо зафыркал лошадью и с улыбкой обвёл сидевших:

— Эко! Карашо, чай, отнако! Живот оса жалит. Душу греет солнцем. Голову опносит тёплым ветром.

— Да уж, самое то! Из самой Индии привезли. Самый лучший аромат в мире, — подержал один из русских, сидевший рядом с Загбоем по правую руку.

— Индии? — удивился охотник. — Хто такой Индии?

Русские переглянулись, заулыбались. Но не подняли следопыта на смех, а тактично объяснили:

— Не кто такой, а такая. Страна есть такая, там всегда тепло. Круглый год лето. Снег никогда не падает Диковинные плоды растут, сладкие, вкусные. Большие звери ходят, — русский показал рукой под свод юрты, — вот такой высоты. Слоны называются. У них пять ног, на четырёх ходят, а пятая вместо руки…

Смотрит Загбой, затаил дыхание. Вот ведь как хорошо врёт и не краснеет! Пожалуй, стоит обидеться. Посмотрел на Мухоя, тот тоже рот открыл, слушает, но не может разобрать, где правда, а где ложь. Рядом Асылзак притих, глаза выпучил, каждое слово русского ловит, интересно. Не выдержал охотник, закачал головой, перебил говорившего:

— Эко! Как склатно сказал, отнако. Но не пывает так. Как так, снег не итёт? Весь год лето не мошет пыть! Да и звери, у которых пять рук, не могут жить. Обманываешь, отнако. Как то жизнь бутет ходи? Не может так пыть. Зачем тогда амикану зимой спать? А сополю шкуру менять? Нет, так не бывай.