Спаси меня

– Понятия не имею, о ком ты говоришь, – так же тихо ответила я. И соврала. Я прекрасно знала, кого она имела в виду.

Джеймс пока не появился. Не было также ни его друзей, ни Лидии, зато были родители, они входили в родительский комитет. Отсутствие Джеймса больно ранило меня, и хотя я не шла на поводу у паники, возникло чувство, будто исчезла важная часть вечеринки – ведь он, в конце концов, так же, как и мы, усердно работал над тем, чтобы праздник удался.

После речи Лексингтона зал разразился аплодисментами, а мы заняли позиции. Мы с Лин встали к еде, чтобы следить за шведским столом, Джессалин, Камилла, Дуглас и Киран вместе с несколькими членами театральной группы отправились на танцпол. Заиграла музыка, и пять пар слаженно исполнили серию па, казавшихся безумно сложными. Я порадовалась, что мои доводы – кто-то должен и о гостях позаботиться – оказались убедительными и мне не пришлось участвовать в танце.

Ведущей парой выступали Киран и одна девочка из театральной группы, которую я не знала. Они провели за собой остальные пары до конца танцпола, а там разделились – и девочки выстроились в ряд напротив мальчиков. Они ходили по диагонали мимо друг друга и сделали круг, пока не встретились в середине и снова не встали в пары. Все внимание зала было приковано к ним, гости смотрели на танец как завороженные."

"Как раз в этот момент распахнулась двустворчатая дверь Уэстон-холла. Некоторые повернули головы в сторону входа, и из-за этого Киран с партнершей запнулись в танце. Я посмотрела в сторону двери. Сердце забилось сильнее.

В зал вошли Джеймс и его компания, один лучше другого. Джеймс был одет в костюм «Бофорт», но и остальные выглядели шикарно, ни пуговица, ни шелковый платок не сидели криво. Лидия была одета в чудесное платье серебристого цвета. Для такой прически, я думаю, ей несколько часов пришлось просидеть неподвижно. Все выглядели превосходно, как будто сбежали из фильма про Викторианскую эпоху. Когда они шли мимо танцпола к шведскому столу, на их лицах отчетливо отражалось все, что они думают по поводу вечеринки. Сирил морщил нос, а румяные щеки Рэна выдавали, что он уже выпил перед тем, как явиться сюда. Черные глаза Кеша равнодушно скользили по залу и по гостям. Увидев меня, он помрачнел и мгновенно отступил подальше от Алистера. Это выглядело как рефлекс, и Алистер сердито нахмурился.

Джеймс шел ко мне, и я не могла на него наглядеться. Хотя я видела его в последние недели в этом костюме на бесчисленных плакатах, действительность вышибла из меня дух – как в первый раз в Лондоне. Когда он наконец остановился передо мной, сердце неровно забилось.

– Ну? И как идут дела? – спросил он с легкой усмешкой на губах. Он держался так, будто не опоздал на вечеринку на целый час.