Спаси меня

У нее там было невероятно тесно, но достаточно влажно, так что я отважился осторожно продвинуться вперед. Я дотронулся до ее щек, лаская большим пальцем нижнюю губу перед тем, как приникнуть к ней ртом. Я целовал медленно и с чувством, в то же время осторожным толчком проникал внутрь. Как раз в этот момент Руби немного изменила положение – и сопротивление ослабло. Я утопал в ней, и мы стонали уже оба. Какая-то мысль хотела пробиться на поверхность моего переполненного чувствами сознания, но я не мог ей помочь. В голове больше не было места. Она полна только Руби, ее вкусом, ее жаром, ее искренней любовью. Я снова подался вперед, и Руби с трудом перевела дыхание. Она обвила меня одной ногой, а я держал ее бедра.

Ощущения были так прекрасны, что я жалел, что мы не сделали этого раньше вместо того, чтобы выкладывать камни на пути друг у друга. Я впивался пальцами в бедра и удерживал ее на месте, находя более-менее правильный ритм. Руки Руби были на мне, она подалась вперед и поцеловала мою грудь, встречно отзываясь на каждый мой толчок, как будто не могла насытиться мной вдоволь. Со мной происходило то же самое. Мне было так сладко, что с трудом давалось контролировать свои движения.

– Ты дрожишь, – прошептала она и начала гладить спину. Она держалась за мои плечи, когда я целовал ее за ухом и медленно входил все глубже.

– Потому что я должен быть паинькой.

– И это тот Джеймс Бофорт, который во время секса ломает кровати с водяными матрасами? – спросила она не дыша.

Я укусил ее шею.

– Я же тебе говорил, это была не водяная кровать.

Руби проигнорировала мои слова и обвила меня второй ногой. Она двигала бедрами, и я проникал в нее все глубже. Я стонал, и словно само собой мое тело следовало ее непрямому требованию. Я прикрыл ладонью затылок Руби и крепко держал ее, чтобы она не ударилась головой об кровать. И после этого вошел в нее жестче и быстрее, чем до этого. Руби поцарапала мою спину, и каждое ее прикосновение способствовало тому, что я все больше терял контроль. Скоро спинка кровати начала биться об стену, и уже было нельзя сдерживать звуки, которые рвались из груди. Дыхание Руби участилось, ногти впились мне в кожу. Я должен был видеть, что с ней происходит.

– Смотри на меня, – сказал я, задыхаясь."

"Она исполнила мое желание. Связь между нами была так сильна, как никогда. Я уже не мог отвести взгляд, и Руби, кажется, тоже. Мы двигались в такт, словно были созданы для этого. Я проталкивался в нее, снова и снова, пока не попал в какую-то точку, из-за чего она издала громкий стон. Ее мышцы сжались вокруг меня, и вдруг это стало нестерпимо. Кровать скрипела недостаточно громко, чтобы перекрыть наши крики, и мы вместе пришли к кульминации.